Прямо с потолка на меня упал здоровенный вервольф — восемь лап, клыки как кинжалы, огромная морда. А верхом на нем, с совершенно безумной ухмылкой — тот самый Волконский!
И знаешь, что самое интересное? Вместо того чтобы добить тварь, этот… этот уникум начал ее ЛЕЧИТЬ! Ты бы видел его лицо — весь в крови, но глаза горят восторгом. Бормотал что-то, смеялся.
А потом случилось что-то совсем невероятное. Когда ничуть не менее охреневший вервольф все-таки рухнул… он начал меняться.
Трансформировался в человека — высокого мужика со странными отметинами по всему телу. И что ты думаешь? Волконский не просто излечил рану в его сердце — он каким-то образом выжег из него всю некротическую энергию! Просто взял и… очистил.
Дед, ты же говорил, что это невозможно? Что некротику нельзя просто так взять и уничтожить? Что она часть сущности существа? Так какого лешего я только что видела, как первокурсник походя опровергает базовые законы некромантии⁈
В общем, пора бы тебе разобраться, что тут происходит.
Твоя, Ирина»
Последняя буква впиталась в камень, и текст начал медленно исчезать. Ирина с удовлетворением наблюдала, как кровавые строчки тают одна за другой.
— Ну всё, — она перевязала запястье платком, — теперь этот замшелый любитель антиквариата будет думать, как первокурсник умудрился сделать то, что считалось невозможным.
Диана только покачала головой, но Ирина уже смотрела на неё оценивающим взглядом. В полумраке общежития её глаза казались почти чёрными, с едва заметным зеленоватым отблеском — верный признак того, что Ирина что-то задумала.
— Знаешь что, милая, — Ирина поднялась с кровати. — С тех пор как мы встретились, я внимательно наблюдаю за тобой. За тем, как ты прячешь свой истинный потенциал за этими милыми кудряшками и застенчивой улыбкой.
Она медленно прошлась по комнате:
— Дар медиума. Но ты… — она резко остановилась, — ты не просто чувствуешь потоки силы, верно?
Диана выпрямилась, сбрасывая маску наивной девочки. Её карие глаза блеснули холодным расчётом:
— А ты тоже не так проста, как хочешь казаться, Патанина.
— Браво! — Ирина картинно зааплодировала. — Наконец-то ты перестала строить из себя овечку. Знаешь, что я вижу? Амбиции. Такие же, как у меня. Желание власти. Стремление вырваться из той клетки, в которую нас загоняет это напыщенное общество.
После этих слов Ирина опустилась в кресло, закинув ногу на ногу:
— Предлагаю альянс. Но не тот мелкий союз, о котором ты могла подумать. — Она подалась вперёд. — Я говорю о настоящей власти. О той силе, что способна менять судьбы целой империи.