— Хорошо. Тогда стройте отряд и движемся к дворцовой площади. Постойте! Начальник стражи бежит.
— Господин представитель! Нам приказали сопроводить отряд магов до места! — Полковник городской стражи задыхался, по его полному лицу катился пот. — Мы поступаем в ваше распоряжение до тех пор, пока вы нас не отпустите! Это указание военного совета! Жду ваших указаний!
— Оцепить отряд магов, — жестко скомандовал Нед, — не подпускать к ним никого со стороны. Следить, чтобы с ними ничего не случилось. И… не выпускать никого из строя. Выполняйте!
— Конвой? — криво ухмыльнулся Зарагор. — Ну что же, понимаю. И не осуждаю. Нам придется учиться сотрудничать и доверять друг другу.
— Это хорошо, что вы понимаете, — задумчиво сказал Нед, посмотрел на Зарагора неподвижным взглядом, и тому показалось, что в глазах демонолога вспыхнул огонь Преисподней. Зарагор невольно вздрогнул и, повернувшись, поспешил к волнующимся магам, которых окружал полк стражников.
— Ты становишься популярен в стране, тебе не кажется? — усмехнулся Имар. — Нагнать такой страх на мага… командовать полковником, будто для тебя это привычное, плевое дело, — что я тебе говорил о возвышении?
— Я сам не знаю, что со мной происходит, — хмуро сознался Нед. — Юрагор все больше впитывается в мой мозг. Он и я уже неразделимы. Я не знаю, чья мысль приходит ко мне — его или моя. Я мысленно разговариваю сам с собой: отвечаю будто бы на его слова и тут же понимаю, что говорю исключительно сам с собой. Что со мной делается, Имар? Я схожу с ума?
— По-моему, как раз входишь в разум! — улыбнулся в пышную бороду старый атрок.
— Вернулись еще два голубя, мой король. — Слова «мой король» Жордар произнес так, будто искренне верил, что эта «карманная» коронация в пропахшем нечистотами дворце — самая законная из коронаций в мире. Собрали перепуганных жрецов из дворцовых часовен, заставили надеть корону покойного короля на голову Амунского — вот и вся процедура.
Похоже, что Амунский, или, как он сейчас именовался, Гирсос Первый, сам понимал глупость происходящего, потому что быстренько свернул процедуру, спрятал корону в денежное хранилище, где лежала королевская казна, и больше в короне не появлялся, объясняя это неудобством металлического обруча, сделанного не по его голове.
«Что точно, то точно, не по его голове», — усмехался Жордар. Впрочем, внешне он никак не показывал своего отношения к «королю».
— И что там написано? В письмах с голубями? Хорошие вести?
— И да, и нет, — задумчиво протянул атрок. — Еще пять тысяч войска от ваших союзников, но… идти до вас они будут не менее двух недель. Так что толку пока от них никакого.