— Да. Погибло много людей, — кивнул Сенерад. — Это было давно, лет двести назад. С тех пор этот секрет охраняется агарой. Допуск к нему только у самых главных в агаре. У них есть хранилище запрещенных знаний. Я туда попал… денег мне это стоило немалых. Но… не пожалел, что заплатил.
— Яды искал, что ли? — усмехнулся Имар.
— Ну почему яды-то? Знаний искал! Все упрекаете меня этими ядами! Что было, то прошло. Увы…
— Как быстро можете сделать зелье?
— Быстро. Только надо добавить кое-что в мое зелье, и… все. Оно готово. Час, не больше. Заклинание известно. Только вот — ты хорошо подумал? Кто будет заботиться о Санде, если ты умрешь? Зачем спешить? Зачем все это? Все пойдет прахом! Ты хочешь оставить Санду другому мужчине? Хочешь умереть в цвете лет? Что тебе эти месяцы? Принимай мой состав, делай несложные упражнения — и ты восстановишь магию. Зачем рисковать?
— Нед, лекарь прав. Тебе сейчас ни к чему все это. Ты и без магии справляешься так, что позавидовать можно. Магия вернется, позже, зачем тебе она с таким риском?
— Не знаю, — слегка растерялся Нед. — Мне кажется, что без пробуждения магии мое путешествие может закончиться плохо. Мне нужно искать противоядие для Санды, вдруг придется ехать куда-то далеко, и…
— Да что «и»? Риск слишком, неоправданно велик! — возбужденно сказал Сенерад. — Я бы понял, если бы благополучный исход был хотя бы пятьдесят процентов, но десять⁈ Это же глупость! Забудь, забудь эту чушь! Эту блажь!
— Я вас прошу, — тихо проговорил Нед, — сделайте зелье. Я не буду сейчас его пить. Но если оно мне понадобится, я его выпью. У меня есть основания полагать, что я выживу. Мой организм отличается от организмов других людей. И напишите заклинание восстановления — я его запомню. Хорошо?
— Хм… хорошо, — поднял брови Сенерад. — Я тебе дам бутыль, у меня есть серебряная штукенция с закручивающейся крышечкой, уплощенная такая. В этой бутылочке зелье может храниться очень долго — серебро бережет жидкость, при этом не мешая работе снадобья. Бутылочка удобная. А заклинание — вот оно!
Сенерад быстро написал что-то на осьмушке бумаги, которую взял со столика у окна. На таких осьмушках он обычно писал рецепты и способы приема готовых зелий.
— Вот, возьми. А зельем я сейчас займусь. Как обещал. Ты умный парень, и без нужды не будешь его пить, хотя я и признаю, что шансов выжить у тебя больше, чем у кого-либо. Особенно если ты воткнешь свой меч в кого-нибудь живого. Понимаешь? Ага, понимаешь…
— О‑о! — раздался протяжный стон, и что-то внизу будто упало, глухо стукнувшись об пол. — О‑о!