Эльфийка говорила настолько спокойно и умиротворённо, что казалось, мы беседуем о погоде. Да только такой тон пугал ещё больше, чем если бы она просто обвиняла меня. Особенно когда она смотрела мне в глаза буквально безотрывно.
— Не знал, — покачал я головой.
— Что ж, теперь ты знаешь. И артефакты отличаются по силе. Я бы не удивилась, будь на тебе амулет, что носят наездники на вивернах. Там высота и вес всегда малы, много сил не требуется. Они и заметно дешевле, и достать их проще. Но такой амулет… — он повис у неё на пальце, покачиваясь из стороны в сторону, — … заметно дороже. Он не теряет своих сил со временем, он выдерживает больше веса и большую высоту, но самое главное, он очень и очень дорог, почему применяют его чаще всего именно небесные всадницы. Представь моё удивление, когда я нашла у вас обоих, искателей приключений, такие амулеты.
— Представляю.
— Так ты мне ничего не хочешь рассказать? Того, что я не знаю?
— Помимо того, что я его когда-то украл? Нет, ничего, — покачал я головой.
— Значит, ты всё же его украл?
— Да.
— И твоя напарница тоже? — уточнила эльфийка.
— Про неё не знаю, — пожал я плечами, уже понимая, что вся легенда уже давно посыпалась.
Да и были ли у нас шансы изначально скрыть всё? Тут скорее теперь важен вопрос, поняла ли она, кто я, потому что насчёт агадарки эльфийка наверняка подозревает, слишком всё очевидно. А вот я… всё же мужчина небесный всадник — это легенда, а меня держали в секрете, не беря в расчёт даже тот факт, что меня считали мёртвым восемь лет как.
Эльфийка очень долго смотрела на меня, будто пытаясь что-то увидеть в моей реакции, в моей мимике, в моих глазах. Увидела ли она, что хотела, для меня осталось загадкой, однако после минутного затишья глава небесных всадниц эльфов произнесла:
— В любой другой ситуации наш разговор бы проходил в совершенно других условиях и при других людях, Георги. Но я не могу проигнорировать то, что вы сделали для нас.
— Значит… вы нас отпустите? — робко поинтересовался я.
— Отпустить? Нет, я сделать этого не могу. Но и сидеть в темнице вы не будете, как было бы это при иных обстоятельствах. Считай это нашей благодарностью за то, что вы сделали для нас. Сделали для тех, кто однажды пожертвовал собой ради нашего будущего. Наконец мы смогли упокоить их души так, как это требовали наши традиции, воздав дань уважения.
— А… что они сделали?
— Ты видел то место, где они были? — ответила она вопросом на вопрос. — Тебе ничего не показалось там странным?
— Ну… там был какой-то гул, — решил я честно сказать. — Ну и мы видели кости. Только не людей, а чего-то другого.