Когда с тела стекли последние капли воды, один из них вылил на капитана резко пахнущее масло из крохотного флакона, в второй завернул горящее от трения новое тело в длинный кусок белой ткани.
— Все-таки тога? Это вроде как уровень повыше вашего, парни? — Ярослав насмешливо фыркнул, но слуги остались бесстрастны.
Затем его, бережно подхватив под руки, вывели из большой лужи, образовавшейся на полу и, капнув на ноги того же благовония из флакончика, обули в сандалии из толстой кожи. Что лишний раз подтвердило непонятный статус Краснова — слуги щеголяли босиком.
Тень в дверном проеме заставила капитана вздрогнуть. В комнату вошел ранее невиданный мужчина. От всех прежних его отличала «офицерская» осанка, черная кайма на подоле тоги и тонкий золотой обруч на бритой голове. Явно какой-то начальник, управленец среднего звена. Во всем остальном он был почти точной копией всех предыдущих «знакомых» Краснова — высокий, худой, загорелый до черноты, с темными глазами.
Начальник, придирчиво осмотрев работу бригады «мойщиков», отпустил слуг легким движением подбородка, а когда они вышли, неожиданно для капитана поклонился ему в японском стиле: с прямой спиной, прижав руки к бокам. Затем вежливый товарищ что-то сказал на своем «птичьем» языке, но, заметив непонимание «гостя» — сделал приглашающий жест рукой. Мол, прошу пройти в том направлении.
— Ладно, братан, пойдем прогуляемся! — сказал Ярослав. — Показывай дорогу!
«Братан» кивнул, словно понял сказанное и повел Краснова в другое крыло этого грандиозного сооружения, которое можно было бы назвать «дворцом», будь в нем хотя бы капля хоть какой-нибудь роскоши. Но видимо местные жители любили суровый минимализм. Ну, или были небогатыми — по пути следования капитан не увидел ни резьбы по камню, ни скульптур и барельефов, ни позолоченной лепнины, ни даже мозаики, которую видел в комнате. Все коридоры были абсолютно прямыми и пустыми. И что интересно, сколько бы Ярослав ни присматривался — не обнаружил ни одного светильника или вентиляционной решетки. Свет попадал в переходы через узкие окна под потолком, из-за чего везде царил полумрак.
Поднявшись на два этажа по каменной лестнице без перил, провожатый привел Краснова к широкой двери. Деликатно, кончиками пальцев, постучал, дождался невнятного ответа, толкнул створку и… отступил в сторону, показывая «гостю», что ждут только его. Ярослав сделал несколько шагов, почему-то стараясь ступать бесшумно. В громадной комнате почти не было мебели — только несколько широких и низких диванов, аналогичных тем, которые стояли в «помывочной», такие же деревянные сундуки у стен. Единственная разница той и этой комнат, кроме размеров, заключалась в наличии громадного панорамного окна у дальней стены и большого монументального стола возле него.