Он исчезает, но я не стою на месте. Активирую Шаг Пылающего Солнца и пускаюсь по двору, не оставаясь на одном месте дольше удара сердца. Следом за мной бьют яркие вспышки, мелькают напитанные Ки руки Императора. Я хожу по самой тонкой грани. Каждый взмах его кулака вызывает режущие порывы ветра, несколько ударных волн прочерчивают стены и землю трещинами, одна раскалывает ствол молодой сакуры.
Пока мы соревнуемся в скорости, я постепенно раскидываю по округе Оплетающий Побег , окутывая корнями весь двор. Растительность, подчиняясь моей мысли, выстреливает наперерез врагу, но покрытый небесным светом Император ускользает даже от самых хитроумных атак. Острые как бритва древесные лезвия не находят цели и тут же выгорают в ярком слепящем сиянии.
Длани Асуры распускаются словно лепестки лотоса. Пока Император продолжает уворачиваться, я нападаю на него. Раскалённые призрачные кулаки пронзают воздух, но всё так же не достигают цели. Альдавиан, уклоняясь, ловит одну из моих фантомных рук, сжимая её пальцами.
— Мальчишка, в тебе таится такой пугающий потенциал, а ты готов разменять его на нечто столь ничтожное, как месть? — в его взгляде мелькает надежда.
— Вот поэтому я никогда не встану на твою сторону. Ты говоришь о справедливости и защите людей, но сам забираешь жизни невинных детей ради продления собственного существования! Ты такое же чудовище, как и те демоны, с которыми сражаешься! Никто не вправе отнимать чистые и беззащитные жизни ради своей выгоды. Ты лицемер и мясник, прикрывающийся благими намерениями. Если для тебя цель оправдывает любые средства, то ты ничем не лучше тех, кого называешь врагами! Они, по крайней мере, не скрывают свою природу. Трупоеды, все вы чёртовы трупоеды!
Мои руки окутывает призрачное облачение, и шесть конечностей сливаются в единый удар, наполненный всеми моими эмоциями и неистовой яростью. Шквал атак обрушивается на Императора. Однако он стоит неподвижно, выставив перед собой ладонь. Лёгкое свечение формирует перед ним прочнейшую преграду, которую я не в силах пробить.
Чем сильнее гремят эфемерные конечности о щит противника, тем всё более скучающее выражение расползается по его лицу.
Корни поднимаются вокруг Альдавиана, сплетаясь в смертоносный клубок древесных лезвий, но он одним взмахом прерывает мою атаку, расщепляя все побеги в мелкую труху.
— Всё это так надоедливо… — звучит его голос, перекрывая рёв моих ударов.
Наполненный ненавистью крик рвётся изо рта, когда я наращиваю скорость.
Янтарные росчерки моих атак раскаляются добела, но меня сносит мощнейшей волной света. Император словно само солнце обращает на меня испепеляющий взгляд. Часть энергии мне удаётся блокировать, но Длани Асуры опадают, как лепестки цветка. Ударной волной меня впечатывает в стену, оставляя отверстие, повторяющее мой силуэт.