— Я в деревне Окуньки живу, что в трёх часах от Озёрска, семья у нас большая, да и родственников много, последние несколько лет у тётки по дому помогаю, у неё две дочери, а у тех свои семьи, да не слишком благополучные. У старшей муж — кузнец, характер тяжёлый, как и рука, часто недовольство его синяками на теле жены красуется; а у младшей — ходок ещё тот, они-то и свадьбу сыграли по необходимости, а он привычек своих так и не изменил. А у тётки сердце за каждую болит, что жизнь у её кровиночек не сложилась, себя винит в этом, что недосмотрела где-то, а теперь им мучиться всю жизнь придётся, совсем себя переживаниями этими измотала и слегла. У дочерей-то ситуация такая, что ни к себе забрать, ни к ней переехать не могут, изредка наведываются только. Вот матушка моя и отправила меня за тёткой присматривать… а потом… потом… — тут девушка не выдержала и разрыдалась.
— А потом со всеми, кто с ней сватался, несчастные случаи приключаться начали, — вновь перехватила инициативу госпожа Блор, платок в руки своей родственницы всовывая, — одного собаки подрали, да так сильно, что он месяц в горячке провалялся, а потом о Милке и не вспомнил-то, другого лошадь скинула, поломался весь, а потом и вовсе за грань парни уходить начали… помогите, госпожа Сандр, а то век Милке счастья не видеть!
— Тут вы совершенно правы, госпожа Блор, госпоже Миле жизнь свою устроить невозможно будет, потому как сглаз на ней лежит, счастье к ней не подпускающий, тяжёлый такой, словно кто из близких родственников постарался… — сказала я, в душе радуясь, что это не проклятие какое, а обычная зависть людская, от её влияния мне куда проще избавить девушку было, даже кровь использовать необходимости нет.
— Ох, ты ж! — всплеснула руками старушка, — это кто ж такой подлый оказался? По-любому тётка твоя, эта змеюка подколодная Раина! Своих девок отдала за кого ни попадя, едва ли не за первых кто посватался, потому что не больно они и красавицы-то были, а тебе вот так за доброту отплатила! Гадина какая! Да чтоб ей…
— А ну, тихо! — рукой по столу хлопнула, госпожу Блор прерывая, а то сейчас она договорится до того, что её дальние родственники ко мне паломничество устроят, в поисках избавления от её необдуманных слов. Злость она такая, быстро к человеку пристаёт, а пожелание в сердцах сказанное, знатно жизнь испортить может. — Вы, госпожа Блор, прежде чем сказать что-то, хорошенько подумайте, как ваши слова на других отразиться могут…
— Да я же, я же… ничего такого не хотела… — испуганно она на меня посмотрела.