«Дитя» то шипело, скаля белоснежные зубы, как дикий зверёк, то плаксиво корчилось, пытаясь вырваться из магического кокона. Сиджи не позволял этого, сжимая путы так сильно, что бедняжке едва не выкручивало руки.
— Прекрати, — толкнула я умэ. — Ей же больно!
— Хочешь, чтобы дракон вырвался и прикончил твоих покупателей? — с трудом удержав равновесие, разозлился Фаркасс.
Я обернулась и заметила, что наш дом снова окружила толпа любопытных. Теперь народ собрался, чтобы рассмотреть добычу умэ, но приближаться никто не спешил. Наоборот, старались держаться подальше и даже прятались друг за друга. Алка испуганно выглядывала в окно, рядом с ней я заметила заинтересованные мордашки моих крошек. Этажом выше высунулся Липок, но при виде Сиджи ойкнул и спрятался обратно.
— Не мешай, и я её уничтожу, — пообещал Фаркасс. — Не впервой… Я вольный ловец! Надо жать дракона магией, пока не задушишь.
Девушка всхлипнула и застонала от боли, а у меня в груди заныло при виде её слёз.
— Погоди, — попросила умэ. — Зачем убивать?
— Иначе дракон причинит немало бед в нашем мире. — Сиджи объяснил мне это терпеливо, будто ребёнку. И, продолжая сдавливать девушку в тисках магии, прошептал: — Я вижу, что ты сочувствуешь этому существу. Тебе кажется, что вы чем-то похожи? Ошибаешься. Вас объединяет лишь то, что ты тоже не из этого мира.
Внезапно девушка перестала биться, как бабочка в коконе, а пристально посмотрела на меня. Клянусь, её взгляд был вполне осмысленным, ничуть не звериным! И пусть она издавала лишь рык или шипение, но в голове у меня вдруг зазвучал чистый и сильный голос.
«Помоги!»
— Ещё немного, — напряжённо процедил Сиджи, скручивая магический кокон так, что раздался жуткий звук ломающихся костей. — Почти… уже…
Девушка же не отрывала от меня умоляющего взгляда.
«Чистая душа, — звенел в голове чужой голос. — Мы не враги… Спаси!»
И я решилась. Поддавшись порыву, перехватила сковородку поудобнее и, размахнувшись, обрушила её на голову Фаркасса. Мужчина замер, а затем очень медленно повернулся ко мне. Посмотрел с изумлением и обидой. Но только я собралась повторить удар, как умэ плашмя рухнул на землю рядом с плачущей девушкой.
Та едва могла пошевелиться, лишь стонала и смотрела на меня огромными глазами, в которых плескалось сумрачное море боли. Магия Сиджи быстро таяла, и вскоре от кокона почти не осталось и следа. Толпа за воротами зашумела, обсуждая произошедшее.
Встрепенувшись, я кинулась к мужчине и принялась расстёгивать его рубашку.
— Позвольте поинтересоваться, — услышала я спокойный голос Сэвери. — Почему моя невеста у всех на виду раздевает мужчину?