— Внимание! Вы атаковали игрока «Шогото Ротото», одиннадцатого уровня в безопасной зоне космической станции. Игрок может обороняться и даже убить Вас, не повышая рейтинга ПК, если же Вы убьете игрока, ваш ПК рейтинг увеличится на единицу, а фракционные отношения со станцией «Неаполь» ухудшатся.
Так или иначе, Ворк отвалился от меня и немедленно воспользовался своим правом на безопасность — начал звать охрану станции. Классика жанра предписывает: для плохих парней правоохранительные органы приезжают быстро. И десяти секунд не прошло как три боевика-Ворка прибежали на крик, но действовать сходу не начали, так как мой статус в данный момент был выше, чем у орущего здоровяка одиннадцатого уровня. Почти как в прошлой жизни, когда меня ударили за то, что я присматривался к чужой рации. Как же зациклена судьбы у игроков — все и всегда возвращается. Взглянув на охранников, я только кивнул, словно сам себе и буквально кинул Грицика к стойке информации, прямо в ту ее часть, где стояла удивленная Лилит.
— Извинись! — твердо и уверенно приказал я Грицику.
— Чего⁈ — игрок потирал руку и смотрел на меня как на блаженного, смотрел обиженно и даже местами презренно. — Ты дебил⁈
— Извинись. Перед. Лилит. За все, что ты ей наговорил, — я кивнул в сторону девушки, которая была немало польщена таким поворотом событий.
— Ты совсем умом тронулся? Алё! Это НПС, кретин! — воззвал он к моему разуму.
— Считаю до десяти, — негромко и холодно произнес я, а затем, против всех правил поведения на станции, вынул взведенный револьвер и направил ему точно в голову, которая была всего в метре от отверстия ствола. И сообщение о нарушении не возникло перед моими глазами, очевидно статус решает многое, а не только уровень общения с местными жителями. Грицик молчал. Я начал отсчет, намереваясь выполнить угрозу в любом случае. — Восемь… Девять…
— Да ты больной! Охрана, мне угрожают! — вскинулся игрок, глядя на Ворков. Однако охранники не сдвинулись с места, просто глядя на нашу пару и оружие между нами.
— Десять… — добавил я и уже реально был готов нажать на курок, но этот поганец повернулся к Лилит, что и заставило меня поднять револьвер к потолку.
— Извините… За все, — буркнул он, затем повернулся ко мне и окатил меня злобным взглядом, словно я его не извиниться заставил, а унитаз вылизать.
— Ничего страшного, — слегка сиплым голосом произнесла Лилит и улыбнулась мне, а не Грицику. Я кивнул ей и улыбнулся в ответ. Затем убрал оружие. Что хотел — сделал.
— Внимание! Ваши фракционные отношения со станцией «Неаполь» улучшены. Вы наш Добрый друг, мы всегда рады Вам и Вашим достойным друзьям!