Как-то немного совестливо говорить прямым текстом пожилым людям такие вещи.
И если дед Гриша нахмурился ещё сильнее, явно пытаясь сопоставить все вводные, то тройка старушек резко покрылась румянцем.
– Давайте так: я сейчас разберусь с орущим ребёнком, а потом и с соседом. А вы, так и быть, можете идти отдыхать и сказать мне спасибо, – сделала ещё один шаг, и наконец-то бабули расступились.
– Спасибо! – все четверо снова ответили в один голос и даже кивнули.
– А за что? – решила уточнить бабушка Клара, поправляя вязаную шаль на плечах.
– За то, что я такая красивая, – улыбнулась ей самой искренней улыбкой и, открыв дверь в квартиру Медведева, чуть не свалилась от крика малыша.
– А помощь тебе точно не нужна? – неожиданно спросила бабушка Люда, всовывая свой любопытный нос в коридор.
– Если я стану тоже орать кошкой, тогда бегите на помощь. Во всех остальных случаях – справлюсь сама, – снова улыбнулась и захлопнула дверь.
– Ты где была?! – в коридор влетел взмыленный Медведев с глазами, будто надел очки бабушки Сони, и в футболке, на которой нарисована черепаха.
Я не смогла сдержать себя и захихикала. Но, судя по резко покрасневшим зрачкам, Медведев не оценил моего весёлого настроения.
– Ой, да ну тебя, зануда! – фыркнула я и гордо прошагала мимо Славы, ткнув пальцем в сторону пакетов. – На кухню тащи, папаша. Сейчас кормиться будем.
Через минуту Медведев сам уже разбирал пакеты, а я пошла мыть руки. Малыш всё плакал, да так, что у меня у самой сердце разболелось. Нужно хоть имя его посмотреть в свидетельстве о рождении. Почему-то не запомнила.
– Это что? – получила я вопрос с претензией от Медведева, как только вышла из ванной.
– Еда, Медведев, – закатила глаза и быстро включила чайник, чтобы обработать бутылочку, соску, проверив, хватит ли воды ещё и на то, чтобы развести смесь.
– Для кого? Больных?!
– Для детей, – ответила, но поняла, что если ещё один тупой вопрос последует от этого дурака бородатого, то я его чем-то стукну.
– Не понял! А ты зачем? У тебя же вон какие, – и всё же Славка совершил ещё одну непоправимую глупость, ткнув пальцем в мои груди. – Ими и корми!
Как у меня в руках оказался сотейник, я даже не буду задумываться!
– Ты совсем с головой не дружишь?! – выкрикивает Слава и уворачивается от моего удара.
– Это я не дружу? – злюсь я так, что глаз задёргался. – Ты что здесь предлагаешь, идиот? Ты хоть представляешь, что такое ребёнок и как его кормить? Что такое женский организм, и откуда в нём берётся молоко?
– Мне это зачем? Я мужик! – орёт в ответ Медведев и уворачивается от ещё одного моего замаха.