Наконец, я отыскал то, что полностью подходило под мои планы. Ящик с гранатами Ф-1 и запалами к ним. Современные запалы несущественно отличались от тех, к которым привык я, учитывая то, как я планирую их использовать.
Думаю, что это не все запасы немецких сапёров. Видел ещё два дома под охраной караульных. Но этот располагался очень удачно на отшибе. Чтобы забрать гранаты и часть зарядов мне пришлось ненадолго покинуть склад, чтобы найти подходящую тару. Охранник всё ещё находился под ментальным контролем. Минут десять у меня есть.
Далеко ходить не стал. Заглянул под тенты пустых повозок у дома. В одном нашёл два советских «сидора», набитых точно такими же вещмешками. Видать, фургон принадлежит рачительному немецкому старшине-куркулю, который всё тащит в роту. С «сидорами» вернулся обратно в избушку и принялся заполнять их трофеями. Гранаты в один мешок, запалы к ним в другом, дополнительно замотал их в отдельный, чтобы они не бились и не мялись. Подрывные килограммовые заряды в третий. И по зачарованной «эфке» под несколько ящиков и среди бутылок с зажигательной смесью. Стоит только одной из них сработать, как половину от остатков деревни сотрёт с лица земли.
— Забудь обо всём, что увидел. Здесь никого не было, ты чуть придремал и тебе приснился странный сон, — приказал я караульному.
— Яволь, — механическим голосом ответил он.
Чтобы вскрытый замок не бросался в глаза, я сунул внутрь паза для «язычка» длинную щепку. Затем задвинул дужку, чтобы её плотно заклинило внутри. Торчащий снаружи остаток щепки обломал, чтобы не бросалась в глаза. С виду замок теперь выглядит закрытым. Если несильно его подёргать, всё равно не получится распознать обман.
Погрузив трофеи на велосипед, я пошёл прочь из деревни.
ГЛАВА 24
— Здравствуйте, товарищ Сталин, — чётко произнёс мужчина в гражданском, переступивший порог кремлёвского кабинета и аккуратно прикрывший за собой дверь.
— Здравствуйте, товарищ Грабин, присаживайтесь, — ответил ему Сталин, который вот уже несколько дней являлся Верховным главнокомандующим. Намного опередив данное событие в иной временной ветви, информация из которой стала доступна советскому высшему руководству благодаря уникальному прибору, хранившему в себе море информации.
Когда конструктор устроился на стуле, Сталин продолжил.
— Как скоро будет готова ваша новая трёхдюймовая пушка? — спросил он.
— Работы уже почти завершены. Через две или три недели будет представлен первый образец, — ответил тот ничуть не удивившись вопросу. Время было такое, что требовалось оружие под лозунгом: лучше, дешевле, быстрее!