Затем дракон освобождается от веревки, освобождает меня, но тут ему приходится отвлечься на опомнившихся деревенских жителей, что теперь всей толпой что–то кричат, окружают и берут нас в плотное кольцо.
– Сделай с ними что–нибудь, только аккуратно, там ведь и женщины есть, с детьми пришли, а все туда же. А я освобожу Даниеля, – говорю Александру и принимаюсь развязывать мага.
Удивительно, но у меня быстро выходит. Я–то думала, буду долго возиться с непонятными узлами, а на деле туземцы не сильно старались, расчет шел на то, что лежащему на алтаре Даниелю в любом случае не справиться с кучей узлов.
– Спасибо, – приглушенно говорит маг, поднимаясь на ноги.
– Вы там скоро? Сложно сдерживать толпу, при этом не причиняя ей вреда, – оборачиваясь, спрашивает Александр.
– Мы все, только веревку в костер закину, – отвечает Дан, – ее нельзя оставлять этим варварам, еще кого–то силой свяжут, чтобы принести в жертву.
Он сматывает материал и одним ловким движением закидывает его в ближайший костер. Огонь в нем тут же взвивается до неба, и искры летят в разные стороны. Инстинктивно пригибаюсь и прикрываю руками голову. И тут мои глаза натыкаются на топор, спокойно лежащий рядом. Должно быть, кто–то из тех, кого Александр прогнал, выронил.
– Тогда уж и алтарь им не оставлять, – произношу и, поддаваясь интуитивному наитию, хватаю топор, замахиваюсь им и со всей силы вонзаю орудие в камень. – Ого, он застрял! И трещины пошли!
Заворожено смотрю за распространением полос по камню – красиво. А еще внутри появляется удовлетворение от того, что это моих рук дело. Гордость берет, не знаю с чего бы, но приятно.
– Агнесс, милая, идем, он сейчас самоуничтожится, ты молодец, но пора.
Поперек моей талии ложатся руки Александра и мягко, но настойчиво тянут куда–то в сторону.
– Красиво, – озвучиваю мысль вслух, все еще странно завороженная видом рушащегося алтаря.
– Да–да, очень, но нам нужно быстро уходить. У этого алтаря прелюбопытнейшие свойства, эдак, я скоро поверю в реальное существование местной богини. Наши с Даном силы перестали действовать рядом с ним, и тебя он приворожил. Скорее всего это что–то вроде встроенной защиты. Того, кто нарушил целостность, нужно приковать к себе ментально, чтобы не ушел, и отомстить. Невозможность колдовать в ближнем радиусе – побочный эффект, я надеюсь.
Слова дракона проходят мимо меня, они как фон. Перед моими глазами до сих пор красота холодного камня.
– Получилось! – кричит вдруг Даниель, выводя меня из оцепенения. – Трава загорелась! Сила вернулась! Давай, дракон, расправляй крылышки и увози нас отсюда.