— Ну уж нет, приятель. Мне еще с женой отношения налаживать, — прорычал я, хватаясь за кувалду, лежащую рядом с разметкой забора. — Рановато пока отправляться к Ллос.
Схватка с монстром сместилась в удобное для меня место. Почему? Очень просто: окна кухни сюда не выходили, а значит, Дэйдрэ не увидит этого боя. А если она его не увидит, не сможет узнать, убил я норгов или нет, следовательно… у меня будет повод побыть с ней дольше.
Коварный план влюбленного дроу. Безнадежно влюбленного, по самые кончики острых ушей.
Норг зашипел, бросился на меня, целясь в горло, но был сбит на подлете кувалдой, а потом и вовсе прибит к земле одним тяжелым ударом. Призрачный череп треснул, оставляя от существа только черную лужицу запекшейся крови, которая сразу начала просачиваться вниз, стирая улики от нашей с ним схватки.
— Вот теперь можно и пообедать, — сказал я, расслабляясь. И мой совершенный продуманный план по завоеванию жены тут же начал трещать по швам.
— Вы такой сильный, дядя дроу! — слабый девчачий голосок вторгся в мое спокойствие.
Дети. Я никогда не умел вести себя с этими маленькими людьми. В Подземье существовал целый Дом воспитателей и учителей, занимающийся исключительно заботами о младшем поколении дроу. Они составляли расписание, распределяли мальчиков и девочек по нужным потокам, проверяли последних на наличие Дара. Детей оберегали как высшую ценность нашего общества, ведь потомство у эльфов случалось не так часто, тогда как набеги орков происходили с завидной регулярностью.
— Эм… — я замешкался, ощущая непривычную эмоцию. Пальцы на руках похолодели, по спине пробежали мурашки, дыхание слегка участилось. Что это? Страх?!
— Дэя сказала, тебя зовут Аркелан. И ты с нами поживешь какое-то время, — заявила девочка, а потом вприпрыжку подбежала к пню, закружилась вокруг него. — Как тебе мое платье? Сегодня купили! Мне впервые покупают такое красивое платье.
Платье? На ней надето новое платье? А что было до него? Я попытался вспомнить, но вместо картинки наткнулся на белое пятно. Ощущая себя еще большим придурком, чем когда промелькнули мысли про готовку Дэйдрэ, я таки расцепил зубы и решил выдавить из себя что-то похожее на слова:
— Платье… отличное. — Вышло сухо. Но по крайней мере это было нечто членораздельное.
Откуда взялся этот страх?
— А тебя зовут Люпина, верно?
— Ага.
Неловкое молчание затягивалось. Но Люпину это ни капельки не волновало. Она чувствовала себя легко и раскованно рядом со мной, что уже казалось чем-то нетипичным. Почему она не опасается большого дроу? Ее не пугает цвет моих глаз, заставлявших врагов трепетать и выкрикивать: «Аркелан Кровавый!»?