Эта бадяга была с отвратительным привкусом безысходности. Всё именно так как и должно быть в тюрьме. Вот только был нюанс. Божественные дары до сих пор работали. А значит я могу в любой момент свалить из камеры в карманную реальность. Интересно как изменится лицо Черняева, когда он узнает, что я сбежал? Впрочем, бежать от проблем не наш метод. Прорвёмся!
Я проснулся рано утром от звона металлических прутьев. Охранник с недовольной мордой стучал по ним дубиной.
— Вставай графшество. С тобой хочет пообщаться Чайковский. — Сказал он, открыв дверь камеры.
— Может позавтракаем сначала? — Спросил я потянувшись.
— Ага и пообедаем заодно. — Недовольно хмыкнул охранник. — На выход.
Покинув камеру, я вытянул руки перед собой и почувствовал «приятную» тяжесть металла, сомкнувшегося на моих запястьях. В этот раз охранник меня никуда не тянул, а просто указывал путь. Видать он сам только что проснулся и было лень лишний раз напрягаться.
В допросной камере накурено. Чайковский пьёт кофе и вытягивает последние искры из едва тлеющего окурка.
— Виктор Игоревич. Присаживайтесь. Кофе не предлагаю, для вас он обыденность, а для меня изыск, от которого я не могу отказаться. — Извиняющимся тоном сказал дознаватель.
— Игнат Гаврилович, дайте мне сделать всего один звонок и мой человек привезёт сюда отличный кофе. Вам не придётся экономить, а мне пить мочу, которую здесь по ошибке называют водой.
— Ха-ха. Это подкуп?
— Конечно же нет. Вежливость и не более того. — Улыбнулся я и кивнул.
— Вежливость — это хорошо. Что ж, надеюсь ночь, проведённая в камере, позволила вам многое переосмыслить и сегодня разговор пойдёт совсем в другом ключе.
— Знаете, действительно много переосмыслил. Раньше думал, что уголовники состоят из сплошного отребья. А тут познакомился с отличными ребятами. Четверых нанял к себе на работу. Двое будут водителями и ещё двоих на ферму, правда придётся подождать пока они выйдут из тюрьмы, но это не проблема.
Черняев посмотрел на меня и устало вздохнув закрыл глаза. Он потёр виски и сказал:
— Что-то мне подсказывает что и сегодня вы не сознаетесь в содеянном.
— Отчего же? Я уже сознался. Нанял четверых на работу. Вот все мои деяния за эту ночь.
— Прекращайте свои шуточки. — Сказал дознаватель, потушил бычок и залпом допил остатки кофе. — Зачем вы похитили Быкова Георгия Александровича?
— Я его не похищал.
— С какой целью вы решили его убить? — Словно попугай спросил Чайковский.
— Я его не убивал. И, к слову. Если бы вы меняли вопросы или добавляли какие-то новые, то допрос шел куда интереснее. А так скукота, словно с радио разговариваю. — Зевнул я и потянулся на стуле.