— Сергей Юрьевич, доброго дня. Ну что? Придумали речь? — спросил я, позвонив будущему тестю.
— Типа того, — буркнул он, явно чувствуя, что находится не в своей тарелке.
Оно и понятно. Мужик из высоких кабинетов! Привык, что все лбом полы обивают ради его внимания, а тут самому надо встать на колени и молить дочку о прощении. Но это не унижение, это очищение через смирение. Уверен, Юлия его простит, а после… А после у неё снова появится отец, у меня — тесть, а у нашего ребёнка — дед. Я считаю, что это неплохой обмен. Тем более, что всего-то нужно извиниться.
— Где вы сейчас находитесь? Назовите место, и я буду у вас в течении часа.
— Я в офисе. У меня рабочий день, — сказал Мышкин, как бы оправдывая свой смурной тон.
— Ну и отлично. Пусть секретарша повесит объявление о том, что рабочий день завершен. Скоро буду.
— Виктор! — выкрикнул тесть, пытаясь меня остановить, и тише добавил. — Игоревич. Вы же понимаете, что я государственный служащий и не могу просто так…
— Ой, да ладно вам. Когда на горизонте замаячила возможность посадить Богомолова и забрать его имущество, вы не сомневались. А сейчас речь идёт о вашей дочери, и вы пытаетесь всё спустить на тормозах?
— Нет, ты всё не так понял, просто…
— Сергей Юрьевич, через полчаса я буду у вас. И если вы не завершите рабочий день самостоятельно, я силой вытащу вас из-за стола и отвезу к дочери. Ждите.
Я бросил трубку, не желая слушать очередных отмазок, и направился в Иркутск. Ожидаемо тестя на порожках приёмной я не увидел. Ну ничего, мы не гордые и за шиворот вытащим.
Вошел в здание и удивился мёртвой тишине. Коридор чист, ни одного просящего. Ого. Неужели гордец Мышкин послушался восемнадцатилетнего графа? Вот так чудеса! Хотя, чего я удивляюсь? Я ведь великий оратор! Правда для того, чтобы мои слова слышали, порой применяю силу, но разве это важно?
Подойдя к кабинету, я без стука вошел. Мышкин сидел, в задумчивости глядя перед собой. Секретарши не было, зато на столе стояли две кружки с кофе, из одной пил Мышкин, а вторая, судя по всему, предназначалась мне.
— Сразу предупреждаю, травить меня бесполезно, — улыбнулся я, сходу взяв кружку и выпив половину её содержимого. — Отличный кофеёк. Похвалил я и потянулся к вазочке с овсяным печеньем.
— Виктор, думаешь она меня простит? — продолжая смотреть в пустоту, спросил Мышкин.
— Сергей Юрьевич, вы самый дорогой для Юлии человек. Уверен, она уже простила вас, просто кто-то старый… — я заметил, как Мышкин нахмурился, — и мудрый, — с нажимом добавил я, — должен сделать первый шаг к примирению. В конце концов, вас ждёт маленький сюрприз, от которого вы потеряете дар речи.