— У ментов есть подробности. Занятные, — усмехнулся Андрюха очень довольно.
А поскольку я давно перестал ожидать от него развёрнутых ответов, то понял: мне проще следаку позвонить.
Бросил матушкиному мужу:
— Сеню карауль, — да пошёл на балкон.
Знакомый энтузиаст из ментовки, уже практически родной, поведал мне дивное:
— Натурально, все Парланды какие-то долбанутые. Явилась к нам эта девица. Выглядела как не от мира сего: в каких-то балахонистых тряпках, бусах с перьями, а на голове цветастый платок. Короче, лет тридцать назад ее бы в «дурку» с улицы увезли, а сейчас говорят — так модно.
Спокойно выслушал всё негодование, потому как — ну, а кому бедолаге-следователю ещё пожаловался?
И был вознагражден такими подробностями, что в первый момент натурально офигел:
— Короче, по версии госпожи Парланд, она, в поисках душевного равновесия и утешения, взяла тур на Алтай. В горы. К шаману.
— Ну, охренеть!
— Вот-вот, мы охренели тут дружно. Какой только фигней эти бабы, которые с жиру бесятся, не занимаются. По её словам, муж поехал за ней. Полез в горы без проводника, откуда-то там сорвался и сейчас лежит в местной больничке.
Одна новость хлеще другой!
— Что-что?
— Да покалечился там наш Парланд, — хмыкнул следователь. — А она, святая женщина, вернулась в Петербург, потому что, видите ли, родители ее искали, и полиция требовала явиться. Сечешь, какие мы негодяи? Оторвали женщину от ухода за пострадавшим мужем!
— Как есть подлецы бесчувственные!
Неожиданно невесело хохотнули вместе, а затем последовало продолжение этого абсурда:
— Сейчас она договорится о перевозке любимого мужа в лучшую клинику Санкт-Петербурга и полетит за ним медицинским спецбортом. Папенька ее обещал оплатить эвакуацию драгоценного зятя в цивилизацию.
— Звучит как-то чересчур уж киношно, — тут вздохнул я совершенно серьезно, потому что ситуация складывалась бредовая.
В трубке заржали на этот раз весело:
— Не поверишь, читаю тебе из официального протокола. Ты давай, набери меня на следующей неделе. Она обещалась повторно явиться, как только благополучно перевезёт мужа.
— Охренеть! — пробормотал себе под нос и отправился дать поручение Андрюхе, потому как на следующей неделе планировал быть в Сочи. И очень-очень занят.
Но чертовых Парландов выпускать из поля зрения было нельзя, поэтому «постоянная бдительность».
— Ты бы ещё, может, в понедельник сумасшедшую бабку навестил? — уточнил у отчима.
Тот согласно кивнул:
— Съезжу.
А потом широко, хоть и очень неприятно, усмехнулся:
— Смотри, каких тебе подарков перепало.
Усмешку я ему вернул, потому как, чисто между нами, новости касательно Зарецкого и Парланда склонен был считать хорошими.