Говоря это, впихиваю все наличные деньги, а их я залутал на базе немалую пачку, в руку бывшего лейтенанта.
— Не слышу ответа, капитан! — мой голос наполняет холод стали.
Ошарашенный столь непредсказуемым должностным ростом лейтенант переводит взгляд с трупа капитана на меня. Потом снова на труп. Снова на меня.
Я жду решения. И он и я понимаем — отказ не предусмотрен. Наглядный пример нежелания принять новые условия лежит посреди рубки.
— Кхм… Я согласен.
Новый капитан обескуражен, но выбор делает правильный.
— Тогда поднимайте команду и организуйте нам экстренный взлет.
Бывший лейтенант кивнул и отправился исполнять указание. Я же осмотрел карманы капитана, не найдя ничего стоящего, отволок его в угол, там он не будет мешаться. Послышался шум машинерии, забегали матросы, что-то скрежетнуло и дирижабль начал свой полет.
Захват дирижабля прошел как по нотам. Капитан в моих планах изначально был не желателен,он сильно повязан во всяких грязных делах и переманить его на свою сторону можно было и не мечтать, хотя — я давал ему шанс.
А лейтенант очень даже желателен, основное управление на малых дирижаблях производит именно он, капитан берет это на себя только в ответственных случаях, а такое бывает только в бою и при причаливании.
Эх, люблю я безалаберный народ! Но только тогда, когда из них состоит команда моих недоброжелателей. Нас хватились когда дирижабль поднявшись метров на 100 вдарил неуправляемыми ракетами по домику радиоцентра. Хватило бы и одной ракеты, но я не хотел рисковать, все же в первый раз навожусь и стреляю из такого оружия. Информация о наведении, а так же использовании бортового вооружения дирижабля перешла ко мне из памяти капитана, но одно дело теория, а другое дело — практика. Пара взрывов разметала домик и уничтожила антенну, тем самым надежно лишив базу дальней связи.
Я еще хотел отстреляться по одинокой башне, из-за которой, со стороны леса, эта база была похожа на замок с донжоном, но мы уже поднялись метров на триста и уверенно рулили в ближайшее облако, чтобы сбить прицел желавших приласкать нас из пулеметов ПВО.
Как и всегда в подобных случаях, оборона направлена на приближающихся извне, а на покидающих особого внимания не обращают. Сначала отлет кто-то должен заметить, если рейсы регулярные, то ажиотажа взлет и не получит. Потом, заметивший доложит компетентному, затем необходимо дозвонится начальству и только после того начинается кипишь «срочно пресечь угон». А мы, к тому времени, уже разнесли радиоцентр и скрылись из видимости внутри облака. Попасть в нас стало настолько нереально, что с земли даже и не пытались стрелять.