Клятву она после знатной попойки с демонами приняла только с одним условием: изредка выпускать её на волю в человеческом обличии. Погулять по улицам, заглянуть в богатые лавки с ювелирными изделиями, приобрести какие-нибудь красивые вещи. Никите пришлось взять дополнительное слово, подкреплённое магической печатью, что Азафа ни за что не станет вредить людям, не будь на это воли Повелителя. А то наворотит дел, если какой-нибудь идиот вдруг польстится на красоту джинири.
А всё дело было в одной мелочи: Азафа, принимая форму человека, становилась сногсшибательной красоткой. Когда она впервые показала свою любимую человекоподобную сущность, у телохранителей, сопровождавших Никиту на полигон, отпала челюсть. Никите тоже с трудом удалось взять себя в руки и быстро накинуть иллюзию одежды на обнажённое тело джинири. Хорошо, что в этот момент рядом не было жён, и они не видели столь идеальные пропорции женской фигуры, в которых огненная девица знала толк. Вот почему восточные чародеи относили джинири к самому опасному для мужчин типу ифритов. Мелькнула мысль запретить Азафе появляться при супругах обнажённой.
В тот раз повезло, что в багажнике внедорожника находился комплект старенькой камуфляжки. Москит на заплетающихся ногах сбегал за ней, и когда Азафа надела штаны и куртку, то и вовсе превратилась в роковую «милитари-девицу». Потом ей пошили форму, которую она с удовольствием надела и продемонстрировала умение появляться из медальона одетой, и так же возвращаться обратно в свой дом. И у Никиты закралось подозрение, что Азафа умеет или научилась создавать (наверняка, Дуарх с Ульмахом ей подсказали секрет подобных метаморфоз) слепок любой одежды, которая хоть однажды на ней побывала, и спокойно может появляться в любом наряде, не шокируя людей своими совершенными формами. Возможно, она пыталась лишь пошалить с мужчинами-телохранителями, когда покидала медальон обнажённой. Надо сказать, шутить Азафа любила.
Вот и сейчас девица захотела продемонстрировать, насколько она хороша без одежды.
— Прекрати постоянно меня провоцировать — рассержусь, — предупредил Никита, закрывая иллюзией пустоты обнаженную джинири. Она мгновенно облекла себя в любимый камуфляжный костюм и весело крикнула:
— Хозяин, можешь снимать полог! Не понимаю, почему мужчины этого мира такие впечатлительные и стеснительные?
Она подбоченилась, положив одну руку на покатое бедро, и прошлась по прогалине босыми ногами, как на подиуме. Никита про себя ухмыльнулся. Сказывалось общение ифрита с его жёнами. Как ни странно, Азафа мгновенно сдружилась не только с Тамарой, признав её старшинство, но и к Даше с Юлей отнеслась довольно тепло. А женское братство очень крепко, когда появляется цель. Знать бы, что девушки задумали.