Также я зарыл и большую часть клада, оставив только увесистый мешочек с камнями, собранными у спутников — золото металл тяжелый, тащить на себе эту ношу я не собирался. Правда и с камнями будут проблемы — ювелиры всего мира не пальцем деланые, все крупные камешки у них в каталогах наперечет. А при попытке реализации подобного добра на хвост сразу сядут либо полиция, либо криминал. Ну да ладно, проблемы будем решать по мере их появления, а на накладные расходы нашлось три с небольшим тысячи долларов САСШ наличными в разных купюрах — заначка Лоренцо.
А потом пришлось приводить в порядок хижину — оставлять разгром и срач здесь я не собирался. Пусть лучше выглядит обжитой, но временно оставленной, уж это вызовет меньше подозрений, чем кавардак, грязные тарелки с вилками и пятна крови на полу. Так что вооружившись совсем не гламурными средствами в виде тряпки из униформы и куска вонючего «собачьего» мыла, я принялся за домашнюю работу: убил — убери за собой.
Поэтому до артефакта я добрался ближе к закату третьего дня. На закате — время нехорошее по всем поверьям, но у меня не оставалось выбора, я спешил. Вдруг Лоренцо с кем-то договорился и этот кто-то сюда придет? Тем более я остался без связи — спутниковый телефон приказал долго жить, теперь за разбитым стеклом экрана не высвечивалось совсем ничего, а в трофеях средств связи, кроме портативных раций, не числилось. Придется рискнуть.
Я постелил на грязный колченогий стол одну из футболок, потом со всем тщанием, на которое был способен, активировал свои защитные силы и аккуратно воодрузил на стол оскаленного черного божка, сюрреалитично смотревшегося в тусклом желтом свете лампы. Я нервно потер ладони, почувствовав неприятный холодок в груди, и наложил их на артефакт.
… В храм вошла огромная фигура, закутанная в плащ с капюшоном, и замерла, освещенная неверным светом чадящих факелов, пропитанных земляным маслом. Мы упали ниц, чувствуя божественную силу пришельца и исходящую от него ауру угрозы. На землю спустился сам Блистательный Змей, Амару, посредник между тремя мирами — верхним Ханак Пача, срединным Кай Пача и нижним Уку Пача, не принадлежащий никому из них.
Амару показал зеленым пальцем с длинным когтем на одного из находящихся в храмовой зале, и с нас сошло оцепенение. Четверо схватили несчастного и уложили на храмовый алтарь, где в камне были выдолблены глубокие желобки, распяв его по рукам и ногам. Амару неспешно подошел к алтарю тяжелой походкой, осмотрел жертву, словно принюхиваясь, и достал из складок одеяния небольшую статуэтку из черного камня. Он поднес статуэтку к жертве, глаза той довольно мигнули желтым светом, затем повернулся к нам. Верховный жрец было подскочил к нему, но Амару сделал знак, и другие жрецы взяли того под руки и отвели к стене.