Я сделал паузу.
— Не «ублюдок», не «бастард», как она любила меня называть. Именно чужой. Другими словами, она утверждала, что между мной и Легранами нет кровного родства.
И я пересказал ему версию о рожденной у Анны Легран дочери.
Бертран выдохнул через нос. Он выглядел сперва обескураженным, а потом возмущенным. И его энергосистема показывала мне то же самое.
— Мадам Аделина… — он поискал слово, — она…
— Спятила? — помог я ему. — Ты это хотел сказать?
— Пусть Пресветлая позаботится о ней… — старик осенил себя кругом.
Я помял подбородок и начал аккуратно подбирать слова:
— Хотел тебе задать вопрос… Знаю, наверняка ты мне раньше неоднократно об этом рассказывал, но как ты помнишь, после того ранения в Абвиле… После дуэли с де Ламаром… В общем, память полностью ко мне так и не вернулась…
Бертран тут же по обыкновению запричитал. Назвал де Ламара негодяем. В общем, он уверил меня, что постарается со всем тщанием помочь мне восполнить все пробелы в моей памяти.
Выслушав порывистую речь верного камердинера и убедившись, что он внимательно меня слушает, я приступил к интересующим меня вопросам.
— Ты присутствовал при родах моей матери?
— Нет, ваше сиятельство, — ответил он. — Меня бы не пустили в покои. Да и что там делать лакею?
— Но мой отец был в покоях?
— Да, — ответил Бертран. — Правда, он один раз уезжал ненадолго. Привез еще одну повитуху. Та, что была при вашей матери, не справлялась.
— Но ты же слышал, что происходило в покоях? — спросил я. — Роды, скажем прямо, процесс не тихий.
Бертран кивнул:
— Я, как и положено в таких случаях, стоял на подхвате за дверью. Воды горячей поднести или грязную вылить. Постельное белье свежее подать. Разные поручения бывают в таких случаях. И слышал… как его сиятельство громко говорил вашей матери, что у нее родился мальчик. То есть вы, ваше сиятельство. Он повторил это несколько раз и довольно громко. Это слышал не только я, но и лакей графа, который был рядом со мной.
Я кивнул. Понятно.
— А Паскаль почему-то постоянно твердил про новорожденную девочку. Про ворожею. Про поддельную записку о моем рождении.
Я посмотрел прямо на Бертрана.
— Та ворожея — простая проходимка и мошенница, — нахмурив брови, сказал он. — Я пытался сказать вашему деду об этом, но вы же знаете каким был его нрав… А записку, о которой вы говорите, я видел собственными глазами.
Я видел, что Бертран искренне возмущен нелепыми слухами, бросающими тень на факт моего родства с Легранами.
— Ваша матушка была очень слаба. Периодически теряла сознание. Графу пришлось своей рукой написать послание вашему деду. Но Анна нашла в себе силы поставить свою подпись. Все это происходило в моем присутствии. Затем ваш отец отдал записку лакею, а тот незамедлительно отправился в дом Легранов.