— И ты не боишься рассказывать мне об этом? — скептически приподнял я бровь, думая, что здесь есть какой-то подвох.
— Ну-у, если ты человек разумный и хочешь жить, то не станешь ни с кем делиться этой информацией, — ухмыльнулся парень, но я заметил, как его пальцы нервно забарабанили по экрану планшета.
Несмотря на самоуверенный вид Брюса, прислушавшись к его чувствам, я уловил сильное беспокойство. Видимо, этот парень был из тех людей, кто сначала скажет, не подумав, кому и что говорит, а потом сильно жалеет об этом. Не знаю, насколько его предположение было верным, но для меня эта информация была бесценна: хоть какая-то зацепка, вместо ничего. Поэтому в качестве благодарности, да и ради сохранения своего инкогнито, я активировал навык Внушение и поспешил его успокоить:
— Конечно же, я никому ничего не скажу… И вообще, Брюс, давай забудем об этом разговоре… Я у тебя ничего не спрашивал, а ты мне ничего не рассказывал. Договорились?
На мгновение взгляд парня затуманился.
— Х-хорошо… А ты вообще о чём? — он моргнул несколько раз, словно стряхивая наваждение.
— Говорю, завязывал бы ты целыми днями залипать в свой планшет. Иди хоть воздухом подыши, что ли.
— Не-е… Я вдруг осознал, что у меня сильная зависимость от этого устройства, — отмахнулся Брюс и вновь уставился в экран.
А-а-а, старая песня о главном — мысленно хмыкнул я… Неужели он действительно забыл наш разговор?
Прислушавшись к чувствам парня, я ощутил некий задор и предвкушение — скорее всего, Брюсу уже не терпелось заняться обсуждением какой-нибудь тайны со своими единомышленниками. Похоже, мне повезло наткнуться на того человека, на которого прекрасно действует мой ментальный навык Внушение.
Ещё немного понаблюдав за его эмоциями и убедившись в отсутствии всплесков беспокойства, я нетерпеливо достал свой планшет и стал собирать информацию об императорском дворце и о самом императоре Наире Зорте. И чем больше я узнавал, тем меньше становился мой энтузиазм.
Имперский дворец поистине являлся самым охраняемым объектом по меньшей мере на этом берегу реки Широкой. Колоссальное цилиндрическое сооружение, увенчанное монументальным куполом и прорезанное редкими амбразуроподобными окнами, производило впечатление не столько резиденции правителя, сколько неприступного фортификационного комплекса, воплощения имперской мощи и неуязвимости.
Двадцать три этажа основного здания, не учитывая грандиозной купольной надстройки, вздымались к небу как символ непререкаемой власти императора. Придворцовая территория опоясывалась толстой высокой стеной, щетинившейся разнообразными автоматическими орудийными системами и опутанной паутиной высокотехнологичного следящего оборудования, способного обнаружить любое несанкционированное приближение. Внутри этого периметра располагались четыре полноценных комплекса противовоздушной обороны, готовых превратить в пепел любой летательный аппарат, осмелившийся нарушить воздушное пространство над императорской резиденцией.