— К ней пришли посетители, подружки. Гуляют в сквере у корпуса все вместе. Так что не волнуйся и не отвлекайся.
— Игорь, — решившись, выдохнула женщина. — Я не специально пошла под ту машину… Кстати, мне обязательно нужно попросить прощения у водителя.
— Чем быстрее тебя выпишут из стационара, тем раньше у тебя появится эта возможность.
— Ты так говоришь, Игорь! «Тебя выпишут»! Как будто сам не имеешь к этому никакого отношения, и от тебя ничто не зависит!
— Так оно и есть, Лилу! Всё целиком и полностью зависит от тебя. Степень твоих травм в принципе не предполагает госпитализации, тем более, длительной.
— Так в чём же дело? — Лилия попыталась непринуждённо пожать плечами, однако боль в ключицах тут же напомнила о себе. — Зачем тогда я здесь? И почему ты так строишь диалог, будто призываешь меня к сотрудничеству со следствием?
— Я рад, что ты начала дерзить, это положительный момент в твоей ситуации. Но всё же настаиваю на том, чтобы мы вернулись к обсуждению предыдущей темы, а не моих риторических способностей.
— Ещё раз говорю: я ничего не делала специально. Тоже настаиваю на этом. Но всё равно в ситуации полностью виновата я. Причина в моей невнимательности, рассеянности. Я совсем забыла, что тот переход около торгового центра регулируется, сочла его тротуаром и даже не видела светофор.
Тёмно-серые глаза в течение нескольких секунд буравили её лицо, а потом собеседник удовлетворённо кивнул.
— Допустим, Лилу. Но подобные, как ты выразилась, «рассеянность и невнимательность» не могут появиться на пустом месте. Это либо следствие заболевания, либо сильного душевного волнения, стресса. Соответствующих случаю заболеваний в твоём анамнезе нет. Или они просто пока не выявлены? Вот в этом я должен разобраться.
— Нет никаких заболеваний, Игорь! Я здорова как бык. Вот ключицы и плечо болят после вчерашнего, шею немного тянет, и то терпимо.
— Значит, стресс ты не отрицаешь?
— Стресс не отрицаю, — помолчав, тихо ответила Лилия. — Но стресс, насколько мне известно, не является психическим отклонением. И вообще это личное дело каждого человека.
— Ты права, — неожиданно согласился доктор. Однако не успела Лилия перевести дыхание, как он продолжил: — Но переживание стресса в одиночестве — весьма сомнительное мероприятие, даже пагубное.
— Игорь! — всё же не выдержала женщина, и её показное спокойствие затрещало по всем швам. Хлипкие нитки самообладания рвались одна за другой. — Ты как машина! Настолько без эмоций… Ты можешь хоть когда-то быть человеком? Хоть в чём-то? Пусть в виде исключения!