Нас вызвал помощник судьи. Мы встали рядом, ожидая окончания идущего на ринге боя. Я получше рассмотрел соперника. Шлем был открытым и защищал только лоб, виски и уши. Наличие защиты позволяло вести более агрессивную манеру боя, больше заботясь о защите корпуса.
Нужно бы и мне такую штуку. Получить сотрясение, прозевав удар, обычное дело на соревнованиях.
Снимаю халат и отдаю его Колобку. Он, типа, мой тренер. Держит полотенце и волнуется, как будто он сейчас выйдет на бой. Влезаем на ринг. Я топчусь в углу в старковских боксёрках, которые пришлись по ноге и были для этой цели лучше футбольных кроссовок. Тренер-Колобок достаёт завёрнутую в платок капу и протягивает мне.
Выход в центр, приветствие. Поехали!
Молодёжь обычно агрессивно начинала бой. «Старички» же не лезли на рожон. Прощупываем друг друга с дальней дистанции. Адаптировавшись на ринге, начинаю воплощать свою задумку в жизнь. Опускаю руки и, как мячик, прыгаю на месте. Соперник не раскрывается. Бьёт из боевой стойки, но, я, качаясь маятником, ухожу от ударов. К происходящему на ринге начинают проявлять интерес зрители. Такого они ещё не видели. Начинается шум и улюлюканье. Крики «Бей!». Это они мне или сопернику? Я периодически выбрасываю прямые удары, попадающие в перчатки соперника. Наконец, ветеран, доведённый до белого каления моими отклонениями и нырками, проводит комбинацию, наступая, как возмущённый петух. От ударов я ушёл, проведя контратаку в голову. Соперник немного поднял правую руку, открыв печень. Чем я и немедленно воспользовался. На развороте вкладываю в удар по печени всю тяжесть тела. По шлему то можно хоть три раунда стучать — не факт, что нокаутируешь. А вот печень — слабое место боксёра.
Получив сильный удар, противник рухнул на ринг и скорчился в позе эмбриона. Можно даже не считать. Минут через пять, когда соперник пришёл в себя, познакомился с ним и, поинтересовался насчёт аренды шлема на четыре дня. Предложил мужчине полсотни, сотню. Не хочет. Захожу с другой стороны. Фотография хоккейной сборной СССР с моей дарственной надписью. Предложение проходит на «ура». Бьём по рукам. Обмен завтра перед началом соревнований.
Едем в трамвае. Васечка возбуждённо рассказывает Старкову о других поединках, сыпля боксёрскими словечками: джеб, апперкот, хук, клинч. Я, честно говоря, тоже кое-что посмотрел одним глазом. Из шести кандидатов, пятеро прошли дальше. Среди победителей был один панчер, вкладывающий всю силу в удар, победивший нокаутом и ещё один аутфайтер измотавший соперника к концу боя (техничный боец наносящий удары с длинной дистанции и хорошо перемещающийся). Вот они то и представляли для меня главную угрозу. Остальные ничем не запомнились, победив по очкам. Тут к нам на заднюю площадку залезает тётечка с мешком. Задела своей поклажей Васечку, а в мешке кто-то громко хрюкнул. Колобок аж рот открыл от неожиданности. Тут перед трамваем пронеслась стайка детей и вагоновожатый резко затормозил. Тётечка упала на пол, уронив поклажу. Из раскрывшегося мешка выпрыгнул поросёнок и с визгом побежал по салону. Бабуля на карачках рванула за ним. В забеге победила молодость, но хозяйка живности, расставив руки в стороны, как футбольный голкипер, неотвратимо надвигалась на Хрюнделя, как она звала детёныша свиньи. Поросёнок сделав ложный выпад, заставивший старушку наклониться влево, сам резко дернул по другой стороне под сидения. Народ сидящий в салоне визжал и хохотал, когда свинячий пятачок тыкал их в ноги. И вот «свиноюниор» добрался до задней площадки.