Держа две книжки в руках, как карапуз корзину с вкусняшками, я задрал счастливую морду. Мама, вздохнув, утёрла мне слюни и сопли платочком, улыбнулась и пожулькала голову.
— Ну что, проказник, выбрал? Пойдём?
— Угу! — с широкой улыбкой я закивал, — Пойдё…
Но тут случилось неожиданное. На фоне своих слов, смеха бабули и маминой улыбки я услышал голос.
Впусти… его…
Пение.
Грёбанное, будто ангельское пение.
«Пользователь, геном Люцифера откликается на энергетические волны»
Впусти. Его.
Впусти. Его.
ВПУСТИ. ЕГО.
К-каво?.. Не хочу никого впускать? Это что⁈ Уа-а-а!
Оно повторяется, повторяется и повторяется! Раз за разом, эта фраза, то громче, то тише! Ангельский, женский, очень приятный хор.
Я… я знаю откуда.
Я понимаю, откуда пение!
— Миша? — спросила мать, как я быстрым шагом сорвался по лабиринту Архива.
Влево? Влево. Права. Ещё поворот. Сюда. Дальше. Вперёд. Я слышу… слышу… это… поёт книга! Мне поёт книга! Я её вижу! Пение всё громче и громче, как я приближаюсь!
Едва не переходя на бег, я срываюсь до нужной полки! Вижу книгу. Красную. Она взывает к геному Люцифера! Она зовёт… это она… она! Это… это…
— О, вот она! — и тут из-за угла выходит парень.
Тот самый брюнет в чёрной кожаной куртке. Он выходит из-за угла за несколько секунд, до того, как я добежал бы до шкафа. Его взгляд скользит по полкам, и… останавливается на той самой поющей книге.
Добежав, я замираю, смотря как он её снимает. И в последнюю секунду я успеваю увидеть, что на ней написано.
Латынь. «Демоны» и «Мания». Слитно.
Парень её оглядывает и, заметив меня… с улыбкой подмигивает, скрываясь в лабиринте Архива.
— Ух, сына! Ты куда так рванул… у-у-ух… — женщины только прибежали, — Надо снова… фитнесом заняться… о-ох.
— Демоны… и мания… — до меня доходило, — А разве не это… кричали все одержимые?
Демономания. Единственное слово, которое мелькало ВСЕГДА, при обращении одержимых.
Это была книга. И её забрали.
— Ох, ё! — я схватился за голову.
Спустя пару часов. Военная часть Города N.
Шла учёба. Молодые парни и девушки в военной кадетской форме сидели в классе и внимательно слушали преподавателя, одетого в офицерскую.
И в основном это были аристократы. Ведь в этом классе обучали верхушку военной системы, а места здесь, увы, часто застолблены ещё до рождения ученика — просто по родословной.
Но бывали исключения. И среди исключений — тоже бывали исключения.
Многим не нравился Марк Кайзер. Естественно, парням, ведь девушки, несмотря на его статус, не могли отвести от него взгляд. Но вот парни…
Марк высок и очень красив. Он намного взрослее чем большинство здесь, и явно опытнее, чем их учитель! Но всё бы ничего, это конкуренция, здесь все взрослые и это понимают, если бы не его статус.