И я понимаю, что снова во мне говорит ребёнок с максимализмом. И что, скорее всего, я вхожу в возраст, когда идёшь против всех.
Мне страшно? Конечно. Ровно как и всем. Я обычный ребёнок с силой, я не знаю что делать, я хочу, чтобы мне помогли и это закончилось! Я обычный первоклашка, чуть больше привыкший к этому дерьму, но я — не взрослый! И боюсь я точно так же! И жду, когда придут родители и всё решат!
Но родителей нет. И решать некому.
«Просто подождать. И всё. И решится?..», — моё дыхание ускоряется от волнения, я снова сжимаю-разжимаю кулаки и, в тяжёлой тишине, поднимаю взгляд на окно, — «Подождём, выживем, и что… забудем, какой ценой?..»
Я расслабляю зрение. Энергия потекла по моему телу, теперь я чётко это ощущаю. Прямо в глаза.
Демоническое Зрение с дьявольским началом окрашивает мир в иной цвет. Было светло, так что толком я ничего не видел… кроме душ людей. Я видел охранников на улице. Учителей, отважно ищущих последних детей. Парочку огоньков в окнах домов напротив.
И… отчётливое свечение, идущее прямо с небес в эпицентр чёрного вихря.
«Да… ну… чё-ё-ёрт…», — я сжал кулак, зажмурился и отвёл взгляд.
Честно, я хотел прислушаться к Вивьен. За крыс я несу ответственность. За детей в лагере, наверное, частично нёс, потому что мог спасать. Сейчас же — почему я реально должен рисковать? Да, благородно. Но правильно ли?
Зачем? Почему я? Я же реально могу тупо помереть, и мой план изначально вообще может быть провальным!
Но так я думал, пока не увидел душу, спускающуюся с небес.
Сейчас. Именно сейчас — окно, когда тому мужику вернулась душа. Я в этом уверен! Я знаю, что душа связана с телом, такова механика. И раз она у Чумного Короля… то он просто её отпустит, чтобы найти тело раба.
И сейчас… окно, когда его можно убить.
— Пу-пу-пу… — затопал я ногой, смотря на людей, — Пу-пу-пу…
Голова загудела. Будто десятки голосов, будто шум толпы начал закладывать уши.
Если я останусь — я выживу. Я гарантированно выживаю в этом кошмаре! Мне можно вообще не беспокоиться! Уверен, Вивьен тоже. Макс, наверное. Мама и папа — они дальше меня от эпицентра.
— Пу-пу-пу…
Я прикрываю глаза. Громко. В голове слишком громко. Это не голоса. Это… мои мысли. Много. Очень. И все разом.
«Зная, что есть шанс всё предотвратить, и я как всегда единственный на это способен — я буду спать спокойно?», — удары ногой ускоряются, — «Или лучше сидеть? А если до конца жизни буду себя винить? Хотя почему я? Почему не виню при всех бедах? Что за лицемерие?», — сжимаю челюсть, голоса всё громче, — «Но я ведь могу и знаю как…», — поджимаю губы, — «А если умру… если мама будет плакать… если жизнь закончится… а если… а…»