— Шуруп. Твое место у щитка. Руку на рубильник и не дышать. Как только я дам команду «Ночь» — рубишь фазу и падаешь на пол.
Я сам вместе с двумя самыми быстрыми мотористами занял позицию на правом фланге, за штабелями поддонов, прямо напротив ворот. В руках я сжимал тяжелый, обрезиненный стальной прут.
Время тянулось, как густая смола. Мороз пробирался под одежду, но адреналин кипятил кровь. Мы ждали.
Без пятнадцати восемь тишину разорвал тяжелый, надсадный гул мощных дизельных двигателей. В узкие щели ворот ударил ослепительный свет фар. Снег заскрипел под тяжелыми колесами.
Они приехали.
Железные створки ангара со скрежетом распахнулись. Внутрь, выбрасывая клубы сизого выхлопа, медленно вползли два огромных крытых грузовика «ЗИЛ». За ними въехали две легковые «Волги».
Машины остановились в центре зала. Двигатели заглохли. Хлопнули дверцы.
В тусклом свете лампочек я насчитал двенадцать человек. Все как на подбор: крепкие, плечистые, в добротных дубленках и кожаных куртках. Они двигались уверенно, по-хозяйски оглядывая пустой ангар.
Вперед вышел Рустам. Здоровенный, грузный мужчина с бычьей шеей и сломанными ушами борца. Он расстегнул дубленку, под которой явственно угадывалась кобура с пистолетом.
— Эй, торгаш! Вахтанг! — рыкнул Рустам. Его голос гулко разнесся по пустому ангару. — Выходи, сука! Мы приехали! Открывай склады!
Тишина была ему ответом. Рустам нахмурился. Он нутром почуял неладное. Хищный инстинкт подсказал ему, что слишком уж здесь тихо.
— Стволы на изготовку, — негромко скомандовал он своим людям. — Кажется, этот жирный баран решил с нами в прятки поиграть. Проверьте углы.
Четверо быков послушно сунули руки за пазухи и двинулись в нашу сторону, к штабелям поддонов.
Пора.
— НОЧЬ! — рявкнул я во всю мощь легких.
Щелк!
Шуруп сработал идеально. Рубильник упал. Ангар мгновенно, за долю секунды, погрузился в абсолютно непроглядную, чернильную, первобытную темноту. Свет исчез, как отрезанный ножом. Остались полоски с улицы.
— Твою мать! Что за херня⁈ — истошно завопил кто-то из южных.
— Свет! Фары включите! — заорал Рустам.
Но они опоздали. Глаза, привыкшие к свету лампочек, ослепли в темноте. А мы сидели в этой темноте уже час. Наши зрачки были расширены, мы знали каждый метр этого лабиринта на ощупь — недаром я заставил ребят всё обойти в повязках на глазах.
Свист с переливом разорвал мрак. Команда к атаке.
Мы рванули из своих укрытий, как стая призраков. Быстро и бесшумно. Первый бык, ослепший и дезориентированный, пытался вытащить пистолет, лихорадочно шарил руками в темноте.