Серега вытер руки ветошью. Его глаза радостно блеснули.
— Кого щемить будем, командир?
— Никого. Сегодня будете работать наружным наблюдением. Моими глазами и ушами. Вечером пойдете к ресторану «Арагви». Внутрь не соваться. Встанете на улице, поближе к освещенному входу. Будете курить, болтать про девчонок. Ваша задача — срисовать одного человека. Семёна Ручкина. Вы его знаете.
Шуруп нервно сглотнул.
— Ручкина? Этого мясника Штерна? Ген, а если он нас спалит?
— Не спалит. Он будет слишком занят мыслями о больших деньгах. Как только он зайдет в ресторан, засекаете время. Как выйдет — тоже засекаете по часам. И с кем выйдет. Всё. Больше от вас ничего не требуется. Вы просто случайные прохожие, которым приспичило в это время пошляться у ресторана. Поняли?
Пацаны кивнули. Я развернулся и вышел на морозную улицу.
Первым делом мне нужен был Вахтанг Шавлович.
Плодоовощная база жила своей шумной, суетливой жизнью. Фуры рычали двигателями, становясь на ворота. Из них выгружали горы капусты и ящиков с яблоками. В кабинете директора было жарко натоплено. Пахло свежезаваренным чаем.
Вахтанг встретил меня как родного. Он обнял меня за плечи, усадил в кожаное кресло.
— Гэна-джан! Дорогой! Какой гость! Мандарины будешь? Сладкие, как мед, только из Абхазии привезли!
— От мандаринов не откажусь, Вахтанг Шавлович. Но я по делу. По очень серьезному делу.
Я взял оранжевый фрукт. Начал неторопливо счищать кожуру. Эфирные масла брызнули в воздух. Защипало в носу.
— Наше сотрудничество со Штерном идет гладко. Ваши склады работают. Товар переваливается. Вы довольны?
Директор базы довольно потер пухлые руки.
— Ну как доволен, Гэна. Штерн держит слово. Баксан исчез, как дурной сон. Деньги капают. Всё тихо, всё по закону… ну, почти по закону.
— Это хорошо. Но есть одна заноза. Семён Ручкин.
Улыбка Вахтанга слегка померкла. Кавказцы хорошо разбираются в людях. Ручкина он откровенно побаивался и недолюбливал.
— Этот амбал? Собака бешеная. Смотрит так, будто зарезать хочет. А что с ним?
— С ним проблема, Вахтанг Шавлович. Он слишком много берет на себя. Глеба Петрова больше нет. Ручкин почувствовал власть. Он считает себя вторым человеком после Штерна. И он хочет контроля над вашими складами. Прямого контроля.
Я положил дольку мандарина в рот. Вкус был кисло-сладким. Идеальным.
— Он начнет давить на ваших кладовщиков. Начнет требовать дополнительный процент лично себе в карман. Мимо кассы Штерна. У него ведь на самом деле огромные амбиции.
Вахтанг нахмурил густые брови. Его южная кровь вскипела.
— Вай! Какой процент⁈ Мы со Штерном по рукам ударили! Я с шестерками дела не веду! Я ему ноги переломаю, если он сунется!