Пристанище Марии Фон Думс. Символ её абсолютной непоколебимой власти, выставленный напоказ.
— Слышала, говорят сопротивление готовит последнюю атаку… — прошептала одна из служанок, протирая пыль с большущей пузатой вазы.
— Они сдохнут, — сухим тоном ответила другая, не отрываясь от полировки серебряных кубков, — как и все прежде.
И была права. Сопротивление новому миропорядку угасало. Точь тлеющие угольки в холодном пепле. Были, конечно, те, кто ещё пытался бороться. Кто всем сердцем не хотел мириться с новой реальностью. Но их попытки походили на удары бабочек о бронированное стекло. Сплошное самоубийство. Неважно — засады или диверсии, прямые атаки или же тайные проникновения в замок Думс… Всё заканчивалось лишь смертью. В итоге попытки кратно уменьшались. Редели ряды тех, кто был готов сражаться. Немногие ещё держались. Скрывались в руинах города, выжидая удобного момента для последней битвы за свободу.
В одном из заброшенных туннелей метро сейчас, как раз-таки, и собрался очаг сопротивления, возглавляемый остатками ордена «Медуза».
Рина Роут сидела на зелёном ящике с боеприпасами. Взгляд был устремлён на пламя светильника, что дрожало на сквозняке. Время оставило на её лице свои метки — морщинки у глаз, шрам на подбородке и оторванное ухо. Но её голубые глаза всё ещё тлели искру несломленной воли. На голове серая шапка, на руках — кибернетические перчатки. В последние годы она их не снимала, ведь никогда не чувствовала себя в безопасности.
— О чём задумалась, Рин? — спросила Петра, присаживаясь рядом.
Когда-то юное лицо красноволосой тоже пострадало и теперь было испещрено шрамами — следствие долгих лет борьбы. На щеке — сильный магический ожог, как напоминание об одной из ужасных ночных битв в этом новом проклятом мире. Лишь густые длинные волосы красного цвета, сплетённые в африканские косички, напоминали о былой Петре Патерсон.
— О том… — Рина, не поворачиваясь, ответила пресным голосом, — что скоро мы все умрём. — и взглянула на Петру. — Или ты так не считаешь?
Та отвела взгляд зелёных глаз и уставилась на карту замка, которую они с таким трудом добыли. Она хотела что-то сказать, но в этот момент раздался суровый голос Алисы:
— Помолчите обе.
Она стояла у входа в каморку. Сняла маскировочную накидку и повесила у двери. Затем скинула ботинки и, взяв чашку с водой, присела на один из скрипучих стульев. Лицо бледное, усталое. Годы лишь подчеркнули её красоту, однако лишили левой руки. Точнее — Мария Фон Думс лишила. В одном из неудачных покушений. И теперь, даже регенерация блондинки не смогла вернуть ей конечность. На её свитере, рядом с потёртой эмблемой Пираньи, висел медальон. Серебряный, с гравировкой имени «Лона». Да. Та погибла, защищая её в одной из схваток с гибридами.