— Вот тебе и сходил на задание. Нужно оставить заметку — никогда, сука, не доверять Пиранье. Действовала бы она согласно плану… Всё вышло бы гладко, как киска после шугаринга, — бормотал юноша себе под нос. — Хотя, чего я жалуюсь… Жив и ладно. Только вот, — он посмотрел на свою раненую ногу, понимая, что, пробираясь сейчас по сточным водам, может подхватить инфекцию, а, возможно, и заражение крови, тогда точно не переживёт это приключение. — Боже, я, действительно, стал мягким. Бросился спасать эту дурочку. Мы едва знакомы, а я уже приписал её в круг близких знакомых. Что с тобой стало, Димитрий Кравцов? Какая муха укусила тебя?
Разговаривая с самим собой, Димка вдруг уловил эхо.
Пугающее. Неуместное. А именно — утробное рычание.
Зловещий низкий рык будто царапнул нутро мальчишки. Его сердце пропустило адреналиновый удар. А в горле образовался колючий ком. Посветив фонарём вперёд, он увидел развилку трёх сточных туннелей. Рычание слышалось из одного из них.
Димка сглотнул. Внезапно неуместный плеск сточной воды раздался позади. Он тут же развернулся и направил фонарик с пистолетом вглубь туннеля. Взгляд напряжён, максимально сосредоточен: «Неужели в канализации реально водятся аллигаторы⁈» — вспомнилась ему одна из баек Нью-Йорка.
Он инстинктивно попятился назад, светя фонариком по водной глади. Плавающий под водой мусор, то и дело цеплял его ноги, вызывая мурашки и щекоча взвинченные нервы. Юноша по-настоящему испугался, что сейчас что-то схватит его за штаны и утащит во тьму.
Через десяток секунд, понимая, что пока никто не покусился на его жизнь, вроде как успокоился и взял себя под контроль. Развернулся и, посветив, осмотрел распутье канализационной системы. В одном из туннелей что-то мелькнуло. Что-то огромное. Димка тут же навёл в ту сторону ствол, сняв с предохранителя. Патрон уже давно был в патроннике.
— Хрррррр… — раздалось рычание.
Мурашки пробежали по телу юноши. Он моментально скользнул фонариком в сторону звука.
Никого.
Тихий вдох: «Может это галлюцинации? У меня жар. Возможно, я брежу в лихорадке…’ — он стал успокаивать себя. Затем, сжав рукоять пистолета крепче, уверенным голосом крикнул в темноту:
— Эй! Либо уже сожри меня! Либо свали и не издевайся!
Стояла мёртвая тишина. Лишь опадающие со старой балки капли влаги нарушали подземное спокойствие.
— Похоже, правда, галлюцинации. Нужно успокоиться, — сказал Димка сам себе. — Скоро выберусь отсюда. Приму горячую ванну, трахну жёстко Энни, скину стресс. Всё будет в порядке. Сейчас нужно собраться и выскользнуть из полицейского окружения.