Димон же, скривившись от неприятного покалывания в ноге, тоже посмотрел на Алису. И та резко отвернулась, решив, что ему омерзительно её лицо.
Пальцы блондинки неконтролируемо сжали обшивку дивана. В груди стал собираться ком горечи, обиды, какого-то только одной ей известного глухого одиночества. Уже девять лет как она потеряла свою красоту. А без красивой мордашки в этом мире личная жизнь любой женщины будет растоптана, уничтожена, забракована. Никому не нужна изуродованная девушка. Все парни, как один, кривили свои морды при виде её шрама, глаз и зубов, и не желали каким-то образом строить отношения. Всё что у Алисы есть — глупая маска безумной наёмницы Пираньи. За которой можно спрятаться от кучи внутренних проблем. За которой никто брезгливо не кривится при виде её лица.
— Гадство… аррч… — стиснул зубы юноша, ковыряясь столовым ножом в своей икроножной мышце. — Эй, королева, твою мать! Чего ты там затихла⁈ Тащи иглу с ниткой!
Дзвинь.
Тихий звон раздался на полу кухни. Димка, наконец, вытащил пулю из ноги.
Алиса бросила на него удивлённый взгляд и только сейчас поняла, что он скривился не от вида её лица, а из-за раны:
«Пуля! Он доставал пулю! Вот и корчился! Боже… какая же я — дурочка!» — её настроение моментально взлетело вверх.
— Бегу, мой милый!
Как дизельная установка с сотнями кобыл в движке, обрадованная Пиранья принялась опустошать ящики из шкафчиков, рыская в содержимом в поисках иглы и нити. Через десяток секунд найдя искомое, подлетела к Димону, словно телепортировавшись.
Юноша посмотрел на неё уставшим взглядом, протягивая руку:
— Давай.
— Нет уж, — помотала головой Алиса. — Я раньше служила в вооружённых силах по контракту, так что латать умею. Потерпи немного, — и принялась за дело.
Спорить Димка не стал. Спустя пару минут на его ноге красовался аккуратный шов — первый боевой шрам в новом мире. Однако, пареньку было не подобных размышлений. По его щекам стекали капли пота. Поднялась температура, самый что ни есть жар. Бешенный забег с ранением плюс перегрузки в бою, а также нервы сделали своё дело, измотав юнца до крайности. Необходим был отдых, восстановление. Его нещадно клонило в сон, но оставаться в чужом доме было никак нельзя. К тому же, полиция не так уж и далеко.
— Нубо-тётка, — пробубнил он притихшим голосом, вытирая со лба градины пота. — Штуку зелени оставь здесь. А то нехорошо мы тут набедокурили.
— Конечно, — кивнув, согласилась Алиса, особо не споря сейчас с тем, как прозвал её Дима. А на деньги ей, в данный момент, было совсем наплевать.