— Поговорим об этом позже, Александр Александрович, время еще есть подумать, — ровно и серьёзно произнёс Виталик.
Я, чтоб его, и не знал, что он так умеет.
— Ну да… Сначала подозреваете, а потом приглашаете… Интересная тактика. Кстати, а почему на меня-то думали? У меня на лбу написано — шпион? Диверсант? Или как там вы их называете? Агенты?
— У тебя был ключ.
— Какой еще ключ?
— Золотой портсигар. Он используется как пароль для контакта с куратором. Большего я сказать не могу, сам понимаешь.
Меня осенило.
— То есть такой портсигар не один?
— Нет.
— Ясно… Вот блин. Из-за какой-то штуковины меня чуть в шпионы не записали. Забавно…
— Не только из-за штуковины. Были еще моменты…
— Какие? Можно узнать?
Виталий кивнул.
— Ты перевелся в Зарыбинск, и после этого здесь вдруг наблюдается всплеск карманных краж.
— Ну так я в следствии не потянул просто. Не мое это, бумажками заниматься. Вот и перевелся кинологом, — говорил я то, что запомнил.
— Мы это проверили, да… В следственном отделе Угледарска ты вел себя как посредственный сотрудник, а здесь вдруг проявил недюжинную прыть. Повысил суточную раскрываемость, организовал физподготовку личного состава в отделе, фактически, подмял под себя руководство, и это все сделал вчерашний выпускник школы милиции. Зеленый лейтенант…
— Ага, я такой, когда не высплюсь. Злой и активный.
Виталий улыбнулся.
— Будем считать, что это так. Но теперь ты понимаешь наши подозрения.
— Тут воздух чистый, дышится легче. Вот и открылись у меня вдруг милицейские способности…
— Можешь не оправдываться, — кивнул Виталий. — В любом случае, наше ведомство тебе благодарно. Сам понимаешь, что награду не получишь. Официально — у нас шайка карманников и свихнувшийся Пистонов, который убивал для души, маскируя преступления под несчастные случаи. В газете прочитаешь официальную версию случившегося, ее и придерживайся.
— Да без проблем, коллега. Можно тебя так называть? Я же к вашему главному на прием пойду. Кто знает, что он там мне предложит…
— А ты, Александр Александрович, если что, не отказывайся… Такие предложения раз в жизни делаются. И сдай портсигар. Это вещественное доказательство.
— Да легко. Я все равно не курю. Слушай… А к Алёне зачем ты клеился и к Асе? Получается, дурил девок? — цокнул я языком. — Нехорошо вышло.
— Берегите их. Хорошие они девушки, — неожиданно проговорил Виталий.
— Что есть, то есть… А Трубецкой где? Нашли?
Тот сдвинул брови.
— Нет, но найдем.
— Купер?
— Его роль во всем этом без показаний Трубецкого недоказуема. МВД его просто по-тихому отправило на пенсию.