— Внимание, товарищи понятые, — обратился я к супружеской паре. — Сейчас собака возьмет след, и если деньги украл кто-то из соседей, то вы должны будете зафиксировать этот факт.
При моих словах мужик явно струхнул, но, набравшись смелости, уточнил:
— Это самое… А как же пес найдет? Тут же столько народу побывало? Затоптали все.
Его жена сжала губы в нитку и наблюдала за всеми нами — мужем, мной и собакой.
— Это не проблема, — заверил я. — Обоняние собаки способно различать и запах определённого человека среди двух десятков других людей. Это точнейший ольфакторный инструмент. Вы разве фильмы не смотрите?
— Смотрим, — вздохнул слесарь, заламывая пальцы. — Так и мы… давно тут стоим, — продолжал переживать он.
Когда Мухтар всё обнюхал как нужно, я скомандовал ему: «Ищи». Громко так скомандовал, почти гаркнул. Мухтар не глухой, к нему и шёпотом можно, цель тут была в другом — посмотреть реакцию Бурундукова. И слесарь вздрогнул от моей команды. А пес уверенно потянул меня к выходу из квартиры. На лице слесаря мелькнуло облегчение: мол, пронесло. Но пес, обследовав прихожку, резко повернул в сторону понятых, обошёл даму и привел меня к мужичку. Тот сидел ни жив, ни мертв.
— Гражданин, руки покажите? — строго проговорил я.
— Зачем это?.. — тот вжался в стену, а я еле заметно дернул Мухтара за поводок и чуть шикнул, чтобы добавить психологического давления на подозреваемого с помощью четвероного напарника.
Пес меня понял и, задрав верхнюю губу, негромко зарычал, обнажая клыки.
— Надо проверить кое-что, — многозначительно хмыкнул я. — Если на белье ваш запах, то он узнает. Только будьте осторожны, может здорово цапнуть. Он не любит воришек. Ну что вы застыли? Руки, грю, протяните, гражданин…
— Не надо меня кусать, я все отдам! — поднял ладони вверх Бурундуков, будто сдавался в плен. — Ох, шило мне в бок! Я взял денежки! Бес попутал! Простите!..
Хорошо, конечно, когда все косяки можно списать на бесов, порчу и прочие магнитные бури, но тут непутёвому соседу корячилась уголовка.
— Это вы убили потерпевшего? — подскочил к нам следователь.
— Не я, товарищи! Ей-богу, не я! — заблажил тот. — Я же вас сам вызвал. Захожу, а он лежит в крови, так и было, как рассказывал. А денежки… денежки тиснул. Ну зачем ему денежки, мертвому-то? На том свете ими махать не будет и кричать, что больше Кузьмича зарабатывает. Простите дурака старого… Ой, чо теперь будет…
Супруга зло ткнула мужика в бок. Мол, проболтался, дурень.
— Накрылся понятой, — с досадой проговорил прокурорский. — Теперь он подозреваемый в краже.