Баночкин как раз уже вызванивал прокуратуру. По факту обнаружения трупов следак полагался для осмотра прокурорский, а не ментовской.
— Какой адрес гаража? — спросил я дежурного, когда тот закончил переговоры по телефону.
Баночкин назвал кооператив, гаражный ряд и номер.
— Спасибо, — кивнул я. — Пускай группа выезжает, я сам туда доберусь.
— А адрес ты разве не запишешь? — удивился Михаил.
Этого мне не требовалось.
— Я знаю этот гаражик, — сказал я и вышел из дежурки.
Именно к этому гаражу меня привел несколько дней назад Пистон, сообщив, что якобы там человек, похожий на Интеллигента, ставит свой «горбатый» белого цвета. Именно там меня ждала засада. А теперь, по иронии судьбы, именно те, кто ее устроил, там упокоились навсегда.
Я потопал в уголовный розыск, вызвал из кабинета Гужевого и спросил:
— Кто сегодня из оперативников дежурит?
— Трубецкой, — ответил тот.
Ну надо же, и угораздило нас.
— Хреново… — поморщился я, мне еще раз захотелось плюнуть.
— А что такое?
Я рассказал ему о происшествии, добавив своих соображений и опасений, что как бы там опять все под несчастный случай не притянули, ведь рыльце у Антоши в пушку, и запросто может быть, что он работает на Кукловода. И на происшествие, как оперативник, именно он поедет.
— Сделаем так… — начал размышлять я вслух. — Возьмешь жигуль ваш служебный, и вместе выедем на происшествие. Проконтролируем и посмотрим, что да как… Если Трубецкой будет предъявлять тебе что-то, скажешь, что в бобик все не поместились, и ты привез кинолога с собакой, — я стал загибать пальцы, подсчитывая количество людей в опергруппе: — Считай, ведь два эксперта — криминалист и судмед, следак, участковый, оперативник — вот и комплект до полной загрузки машины, если на заднее сиденье четверых впихнуть или в кондей одного. Еще у экспертов чемоданы громоздкие. В одну ходку не поместимся… Следак же прокурорский силами дежурной части на места происшествий доставляется? У них нет своего транспорта?
— Транспорт служебный у них есть, но так повелось, что милиция их доставляет, — уточнил Ваня.
— Ну вот и отлично, маза железная.
Тот бросил на меня недоуменный взгляд.
— Что железная?
— Аргументация, Ваня, — улыбнулся я.
— А-а… Но я в довесок еще могу сказать, если что, Трубецкому, что хочу помочь на происшествии, — предложил Ваня. — У нас принято, если преступление громкое — ну, или там особо тяжкое и глухое, как ночь перед бурей, всем уголовным розыском выезжать на такие случаи. Помогаем друг другу.
— Ещё лучше, вот и проявим солидарность, чтобы он не отвертелся. Выводи жигуль.