— Во-от! — я поднял палец вверх. — А почему нет?
— Ну-у… Как-то не сложилось.
— А я тебе скажу почему, — заговорщически проговорил я.
— Почему? — затаил дыхание Валя.
Все же он оказался не робот, и этот вопрос его тронул.
— Потому что, лишь только ты посмотришь на девушку, у тебя сразу в голове всплывает фраза: «А что скажет мама?» Я прав?..
— Да, — ошарашено кивнул Загоруйко. — Но откуда ты знаешь? Как? Погоди… Стоп… Я, кажется, понял… Ты специально обученный человек…
— Что?
— Ты… — он сглотнул, — внедренный сотрудник КГБ.
— Чего? — тут уж мне пришел черед удивляться.
— Я слышал, что в системе органов госбезопасности есть специально тренированные сотрудники, которые разбираются в тонкостях психологии, видят, что называется, людей насквозь и обладают другими неординарными навыками.
— Блин, Валёк, тормози, остановка, приехали… Какой я на фиг агент? Я же после школы милиции, я приказом оформлен в органы, у меня личное дело в кадрах лежит, там все запросы, проверки и характеристики имеются.
— Вот как раз в органы вашего брата и внедряют, чтобы контролировать некоторые скользкие моменты, подведомственные милиции. А личное дело — сформировать можно какое надо. Все легендируется и бумажками оформляется. Причем подлинными.
М-да… Вот уж где Остапа понесло.
— Сам подумай… Если бы я был из КГБ, я бы в главке сидел, — хмыкнул я. — А не в этом Зарыбинске.
— Ну не знаю, ты же и был в главке, а потом тебя как-то странно перевели… с офицерской должности на сержантскую. И сколько раз я за тобой замечал неординарные методы работы. Я думал, ты передовой опыт изучаешь, а оказывается, все гораздо сложнее. Но я хочу, чтобы ты знал…
Он перестал смотреть в сторону и перевёл на меня взгляд своих глаз, которые, кажется, за эти две минуты они стали ещё огромнее.
— Я никому не скажу. Все понимаю, гостайна, Родина требует. В конечном счете, мы одно дело делаем, Александр Александрович…
— Ну вот и отлично, — тихо проговорил я, распрямился и приосанился. — Ни слова никому больше об этом. Я капитан госбезопасности Морозов. С этого момента ты поступаешь в мое распоряжение. У меня здесь важное задание, пока не могу ввести в курс дела, сам понимаешь, подписка о неразглашении, инструкции. Дело затрагивает интересы не только нашей области, но и… — я с многозначительно потыкал указательным пальцем в небо. — Так что, лейтенант Загоруйко, будьте бдительны и готовы к выполнению особых поручений. Я доложу о вас руководству.
— Служу Советскому Союзу, — выдохнул Валя.
— Слушайте, лейтенант, первое поручение. Обработать этот объект на предмет пальцев рук и провести химический анализ внутренней поверхности шприца с целью обнаружения каких-либо следов химических веществ. Задача ясна?