Вдруг из кармана ее полушубка раздалась веселенькая мелодия — скрипочки какие-то. Эля вообще мелодии на звонке меняла чуть ли не каждый день.
— О, вспомнила Клавдия, — сказала она, свайпая по экрану. — Странно, он мне больше недели не звонил… Вообще — дуется, что я фамилию сменила. А теперь чего?
Она засунула смартфон под краешек шапки, прижав его к уху, и заговорила:
— Привет, братик! — Сразу ее тон был доброжелательным, но потом голос Эли зазвенел, она сильно нервничала. — Что? Это почему? Зачем тебе? Клавдий, ты не… Что ты такое говоришь! Почему? Да потому! Что-о-о? Знаешь, Клавдий, я думала — уж ты-то поймешь! Хочешь — говори. И мне ни капельки тебя потом не жалко будет!
Я все это время пребывал в состоянии недоумения. Мне казалось — у этих двоих были нормальные отношения! А тут — прямо ругались, и Эля очень сильно злилась! Конечно, она ушла из клана, предала наследие и все такое, но младший Ермолов и сам не мог считаться образцом темного консерватизма. Встречался со светлой — и в основном по переписке, подумать только!
А потом Эля протянула мне свой телефон:
— Миха, он хочет говорить с тобой. — На ее лице застыло досадливое выражение. — Будет плести всякую фигню, я уверена. И знаешь что? Делай с этим что хочешь. Мне все равно. Мое отношение к тебе не изменится, что бы ни произошло.
Это звучало странно, но аппарат я взял.
— Титов слушает, — проговорил я.
— Слушаешь, гаденыш малолетний? — Голос Клавдия просто сочился ядом. — Я знаю, что это из-за тебя. Ты, мерзавец, используешь Элю! Как ты это сделал? Ты спал с ней? Наложил заклятье? Приворожил? Под кем ходишь, Титов? Чей ты человек? Воронцова? Нахичеванского?
— Ты втираешь мне какую-то дичь, — сказал я, свирепея.
— Я вызываю тебя, — прохрипел телефон. — Ты — маг второго порядка, это законно.
— Время и место? — спросил я.
— Заброшенный док номер семнадцать Пеллинского судоремонтного завода, знаешь, где это?
— Узнаю.
— Приходи сегодня в полночь. Не бойся, я тебя убивать не стану… Поговорим и разберемся, как мужчина с мужчиной. Как маг с магом… Оставь мою девочку в покое, слышишь?
— Пафосная дичь, — вздохнул я. — До встречи.
И отдал телефон Эльвире.
— Клавдий обещал открутить тебе голову за мою поруганную девичью честь? — глянула на меня она.
— Типа того. Пока что предложил просто поговорить. — Я считал себя человеком порядочным и потому старался лишний раз не лгать. — Встретиться один на один.
Недоговаривать — другое дело. Даже любимой девушке. Особенно — любимой девушке.
— И что ты думаешь делать? — поинтересовалась она. А потом заявила: — Если что — можешь не ходить, мне пофиг. Я не для того от них ушла, чтобы терпеть ермоловские забабоны дальше. Меня от них уже тошнит!