Я тут же прилипла ладонями к стеклу, с жадностью присматриваясь к происходящему.
В обозреваемом чуть с высоты, обширном помещении стояло шесть маленьких кораблей. Маломестных, больше похожих на курсирующие капсулы, потому что главный корабль, тот самый, что я видела из кабинета Ньевора, завис рядом со станцией. Он не причалил, и соединительного рукава, по которому можно было бы перейти с него на станцию, я тоже не видела.
Около одного из шаттлов, самого крупного, активнее всего суетились служащие. Вытаскивали багаж, торопливо грузили его на платформы, увозили…
– Что там случилось? – невольно вырвалось у меня.
– Прилетел кто-то, – последовал равнодушный ответ. – Идем?
Движение мы продолжили, правда, очень скоро нам снова пришлось остановиться. Теперь причиной были те, кто двигался нам навстречу: группа рарков перекрыла собой практически все пространство коридора. Один из них – молодой блондин – явно был здесь главным. Он шел впереди. Высокий, пропорционально сложенный, в идеально пошитом бежевом мундире, кажется кожаном. С длинными пшеничного цвета волосами, собранными в низкий хвост и позволяющими видеть высокий умственный потенциал мужчины. Красивый до неприличия!
Рядом с этим изумительным образцом местного мачо уверенной походкой шла девушка, едва достающая рарку до середины груди. Миниатюрная, фигуристая, в шикарном синем платье до самого пола. С собранными в элегантную высокую прическу русыми волосами, открывающими, может, и не самые узкие, но определенно заостренные уши. С надменно-презрительным выражением лица, черты которого…
Потеряв нить рассуждений, я замерла как вкопанная и задохнулась от изумления, не в силах поверить. Виола?! Моя названая сестра? Не может быть!.. Не бывает таких совпадений! К тому же уши… Уши-то почему такие рарковские острые?!
– Отойди, Дея! – услышала раздраженное шипение Ньевора, но сдвинуться с места так и не смогла. Не в силах оторвать взгляда от девушки, лишь почувствовала, как рука мужчины оттаскивает меня к стене.
Незнакомка, видимо, тоже обратила на меня внимание, потому что, поравнявшись, затормозила. Вцепившись в локоть вознамерившегося идти дальше рарка, вынудила его остановиться и обвинительными тоном припечатала, указав на меня наманикюренным пальчиком:
– Ты говорил, что на станции только женщины, занятые в исследованиях! Тогда эта разряженная красотка что здесь делает?
Я едва не вскрикнула от радости, узнав интонации. Ви! Это точно Виола! Или все-таки не Виола… Она же меня не узнает.
– Дорогая моя, разве это женщина? – прозрачно-изумрудные глаза оценивающе просканировали меня сверху вниз, буквально облив презрением. – Она же круглоухая.