– Зачем же ты меня взял? – облизнув губы, хрипло выдавила. – Если знал, насколько это опасно…
– Это ты меня сейчас в трусости обвинила? – зашипел рарк, а я, спохватившись, замотала головой, надеясь хоть этим себя реабилитировать. Вроде помогло, потому что продолжение последовало куда более спокойное. – Я не могу оставить тебя одну, Дея. Ты такие условия поставила, что должна сама убедиться в их выполнении. Иначе как проверишь, что я тебя не обманываю?
– А ты можешь обмануть? – ошалела я. Привыкла к честности и прямоте, а тут такие заявления!
– Мог бы, – отрезал Ньевор. – Но не стану. Потому и привез сюда.
Наверное, решив, что такого объяснения достаточно, он отступил и принялся распаковывать следующий контейнер. Я же, глядя, как ловко его руки снимают упаковку, по-прежнему оставалась в недоумении.
Это был намек, что верить всем подряд не стоит? Очередное профилактическое предупреждение от необдуманных поступков?
Да, видимо, так. Ньевор имеет на меня личные планы, значит, ему конкуренты не нужны. А ведь я или по глупости, или по наивности могу прельститься чужими речами и посулами. Интересно, много ли на станции окажется желающих приятно провести со мной время? И ограничатся ли они необременительными предложениями, как это сделал охранник-сопровождающий на Ракисе, или же проявят большую настойчивость?
Любопытство совершенно праздное, выяснять этого на практике я не собиралась. Передо мной стояли иные задачи, и я сосредоточилась на их реализации. Изучить станцию. Понять, что и где расположено. Найти швартовный ангар. Выяснить, как там с контролем и системой охраны…
Начала я с того, что, со всей старательностью изображая крайнюю степень непонятливости, забредала в самые разные места, прежде чем добраться до столовой, отсека, где работал Ньевор, или нашей каюты. Рисковала, поскольку реакция рарков могла быть самой непредсказуемой, однако очень быстро осознала – круглоухость это скорее плюс, чем минус. По крайней мере, меня не гоняли, на меня не кричали, мне не угрожали.
Причин было две. Первая заключалась в отсутствии тех, кто мог бы это сделать, на большей части станции. Здесь двери открывались автоматически только «нужным раркам», имеющим соответствующий допуск, а датчики на стенах и дверях бесстрастно причисляли меня к иной категории. Вторая крылась в восприятии живых охранников. Немногочисленных, но тоже имеющих место быть.
Да, увидев нарушительницу, они вскидывали оружие, но, узрев ушки, тут же его опускали и расслаблялись. Наверное, так же вели бы себя постовые на Земле, если, собирая цветочки, к воротам охраняемого объекта подошла миленькая маленькая девочка. Ее бы спокойно попросили здесь не гулять и показали дорогу к родителям: объяснили, проводили или позвали бы взрослых.