— Хе-хе… — я непроизвольно хихикнул.
В тот момент мне было очень странно, ведь ранее я не получал столь сильных ударов в голову. Поэтому последствия этого звездопада застали меня врасплох. Звёздочки летали вокруг и приглашали присоединиться к ним в весёлом танце, однако стоило мне протянуть к ним руки, как они резко меняли направление движения и ускользали от меня в самый последний момент. Мне было обидно промахиваться, ведь раньше я подобного за собой не замечал — все мои броски были точны, а удары по назойливым мухам стремительно смертоносны. По этой причине я очень странно чувствовал и украдкой глядя на ругающихся взрослых, медленно крался за очередной звездой, по какой-то из своих причин отставшая от основного блестящего потока. Красивая и искристая! Она так интересно блестела, что я даже остановился, залюбовавшись ею. Однако вовремя одумавшись, бросился в атаку и… вновь промахнулся, с головой погрузившись в кучу шкур.
Выбрался из этого мягкого плена не сразу. Прежде всего, мне пришлось справиться с резко накатившим сном и жуткой слабостью, но что такое слабость, если тебя влекут звёзды? Вот именно — ничего! Поэтому я вылез из кучи маминых шкур и очень расстроился, не увидав свою цель — звёздочки нигде не было!
— Нет! Нет! Нет! Куда пропали мои звёздочки? — прошептал я.
Мысли путались, а глаза за пару мгновений наполнились влагой, да так обильно, что мне пришлось пару раз моргнуть. И, о чудо! Звёздочки вернулись! Да не просто вернулись, их стало в два раза больше! Они так ярко светили, что я аж зажмурился и, не удержавшись, моргнув ещё пару раз.
Стоило мне вновь открыть глаза, как они сразу же были безжалостно атакованы светом бессовестных звёзд! Каждая из маленьких красавиц почитала за честь плюнуть в меня частичкой света, и если бы они плевали в разное время, то вполне возможно, что я бы не пострадал. Однако же в столь сплочённом коллективе покорителей небес, подобного не могло быть в принципе, и они плевали дружно, сильно и часто. Складывалось впечатление, что за эти насколько мгновений, что я осмелился смотреть мечте в глаза, ни одна из них не промахнулась, метко поразив меня в самую глубь глазного нерва. Вроде именно так эльфы называли нити, через которые свет из глаз попадает в глубину головы. В общем, мне было больно, и всякое желание охотиться мгновенно отшибло. Разве, что маме одну поймать? Ей понравится? Да должно… Тогда делать нечего, придётся ловить звезду.
От всевыжигающего света меня шатало, и мутило, но я почему-то больше не обращал внимания. Хотя даже в 4 года я должен был догадаться о запущенном процессе посттравматической рассинхронизации сознания, на столь явные признаки которого указывали все вышеперечисленные явления.