Вскоре снова послышались выстрелы, где-то в глубине здания. Никто из нас внутри замка прежде не бывал, и в этих коридорах можно было легко потеряться. Хотя Дублинский замок не был тем, что мы привыкли понимать под замком, рыцарским или дворянским, это был скорее комплекс административных зданий, что-то вроде нашего Зимнего дворца, с длинными коридорами и анфиладами. Центр британского владычества на острове, многократно перестраивавшийся.
Впереди послышался грохот сапог, с лестницы на нас выскочили четверо взъерошенных полицейских, ошалело глядя на нас.
— Стоять! Руки вверх! — заорал я, направляя на них револьвер.
Кто-то из них выстрелил первым, пуля ушла сильно выше наших голов, и мы бросились к стенам, уходя с линии огня. Я тоже нажал на спуск, револьвер громко бахнул в закрытом помещении, один из полицейских схватился за живот и начал сползать по стеночке вниз, в то время как остальные попрятались за аркой, отделяющей одну часть коридора от другой. Оглушительно загрохотали мосинки, винтовочные пули прошивали перегородку, за которой прятались копы, насквозь.
В ушах звенело от пальбы, но скоро всё затихло, и я первым прошёл дальше. Копов изрешетило пулями. Мы забрали у них оружие, Хоган коротко помолился за упокой их душ, и мы двинулись дальше.
— Дик, надо занимать башни, — прокричал я. — Сажать туда снайперов!
— Сделаем! — ответил Макки.
Где-то снова хлопали револьверные выстрелы. Я чувствовал, как бешено стучит сердце в груди, но упрямо шёл вперёд вместе с ротой. Замок нужно было взять любой ценой.
— Флинн, ставь пулемёт здесь! — приказал капитан, и тяжёлый MG-08 с матерчатой лентой высунулся в распахнутое окно.
Внутрь сразу же ворвался прохладный утренний ветер, начал трепать шторы и гулять сквозняком по анфиладам. Пулемёт теперь надёжно перекрывал путь к замку, к воротам.
На башнях Бедфорд-Тауэр и Рекорд-Тауэр уже сидели наши самые меткие стрелки, остальные ещё предстояло занять, но это уже давало нам огромное преимущество в обороне.
Я ожидал, что добровольцы будут вести себя в замке точь-в-точь как революционные матросы, грабящие Зимний дворец, но пока было не до грабежей и погромов. Да и мы с Макки несколько раз довели до всех, что мародёрство во время боя будет жестоко караться. Мы, в конце концов, пришли возвращать своё, а не крушить и ломать.
Пленников, захваченных в замке, размещали здесь же, в подземельях, благо, места хватало. Всех прежних узников освободили, а на их места закинули тех, кто их охранял.
Кроме того, я стал свидетелем, как из кабинета выволакивают чиновников в дорогих костюмах, а те потешно верещат, что мы об этом пожалеем.