— Что дальше? — почесал он в затылке, взглянул на шумящий внизу водопад, затем на меня… — Между прочим, отличное место, чтобы свести счёты с жизнью. Очень такое, сказал бы я… знаковое, ты не находишь?
Я смотрел на него и молчал. Последняя фраза выглядела незаконченной и требовала продолжения.
— Ты выбрал путь мести и прошёл его до конца, — продолжил Раул. — Цель достигнута, смысл жизни потерян, дальше лишь смерть и… ты реально готов смириться с таким вот исходом?
— Я с ним уже смирился, — качнул я плечом.
— А если я дам тебе новый смысл и новую цель? — прищурился визави.
— А ты уверен, что мне это нужно?
Раул рассмеялся:
— Было б не нужно, ты со мной бы не разговаривал.
— Логично, — не стал я спорить. — Но только, боюсь, у тебя не найдётся той цели и того смысла, какие меня бы устроили. Я, в самом деле, прошёл свой путь до конца, но, если ты думаешь, что я соглашусь пройти его заново, то уверяю тебя, ты совершаешь ошибку. Большую ошибку. То, что я делал — это единственное, что я могу делать лучше других. Но если я это продолжу, то стану…
— Маньяком-убийцей, — закончил Раул.
— Откуда ты знаешь?
— Ты думаешь слишком громко, поэтому нет никакого труда прочесть твои мысли… А впрочем, не так. Не мысли, а… как бы это получше сказать… их эмоциональное наполнение. Твоё лицо, хоть уродливо, но в целом, довольно подвижно. На будущее, чтобы защитить свои мысли, я бы порекомендовал тебе носить маску.
— Как Зорро?
— Скорее, как Чумной доктор, — хмыкнул Раул.
— Доктор, так доктор. Не суть. Но это лишь половина проблемы. Вторая — на кой я тебе? Что тебе от меня нужно? Почему я?
— Другой разговор, — осклабился собеседник. — Проблема вся в том, что мне нужен помощник. Прежний работал нормально, но, к сожалению, контракт продлевать не стал. А без помощника эффективность моей работы снижается раз эдак в десять.
— И что за работа? — поинтересовался я с нарочитой ленцой.
Хотя кого я тут хочу обмануть этой деланой нарочитостью? Эмоционального телепата на максималках? Даже, б… не смешно.
— Работа простая. Такая, какую ты любишь. Убирать мусор.
— Какой?
— Любой.
— Где?
— Везде.
— Для чего?
— Для общей эстетики.
— И вправду заманчиво, — тронул я себя за́ нос. Не потому что он действительно зачесался, а потому что мне не хотелось, чтоб этот хитрый уродец сходу бы распознал, что я думаю. — Но ты не ответил, почему я? Почему не кто-то другой? Земля ведь большая. Народу здесь восемь с копейками миллиардов, выбирай не хочу.
— Народу-то много, да только нет времени выбирать.
— Не хочешь ответить честно?
— Скорей, не могу, — покачал головой Раул.