И да, она меня терпеть не может. Даже как ученика. Я где-то в самом конце её списка, между жвачкой под партой и просроченным школьным обедом. Почему? Понятия не имею. Серьёзно, я бы отдал месячные карманные деньги, чтобы узнать причину.
— Доброе утро, ребята! Садитесь. Надеюсь, все полны сил и готовы к биологии.
Её фирменная улыбка. Каждый раз моё сердце делает кульбит, когда она так улыбается. Так, Казума, соберись! Только не пялься, как идиот. Делай незаинтересованное лицо и смотри в окно. Хотя, может одним глазком? В конце концов, я же не просто так хожу на эту чёртову биологию!
— Итак, на прошлом занятии мы говорили о митозе — процессе деления клеток. Сегодня же разберём другой важный процесс — мейоз. Кто-нибудь может сказать, чем мейоз отличается от митоза?
Класс затих как перед казнью. Все старательно изучают свои парты, будто там внезапно появились ответы на все вопросы вселенной. После моего утреннего выступления на геометрии никто не хочет рисковать.
Рин обводит класс своими невозможно голубыми глазами. Мне кажется, или она задержала взгляд на мне дольше обычного? Нет, наверное, показалось. Интересно, о чём она думает, когда смотрит на меня? «О, этот зануда опять пришёл»? Или планирует, как бы половчее влепить мне двойку?
— Что ж, видимо мейоз для вас пока тёмный лес. Ничего, сейчас я вам всё разложу по полочкам!
О да, началось. Сейчас она подойдёт к доске и… Ага, так и есть. Рин начала рисовать какую-то схему, попутно вещая своим божественным голосом:
— В отличие от митоза, при мейозе происходит два последовательных деления клетки. Но самое главное — в результате образуются четыре гаплоидные клетки с уникальным набором генов…
Я слушал, как заворожённый. Нет, серьёзно — она говорила о делении клеток так, будто рассказывала самую увлекательную историю в мире. Светилась прямо изнутри, как какой-нибудь радиоактивный изотоп.
— … именно благодаря мейозу возникает генетическое разнообразие, ведь у каждой гаметы будет неповторимая комбинация отцовских и материнских хромосом!
Даже моё прокисшее от цинизма сердце не могло не трепетать, когда она вот так вдохновенно вещала о чуде жизни. В её исполнении самый занудный параграф звучал как эпик. Жаль только, что на меня она смотрит не с таким восторгом, как на эти свои хромосомы. Для неё я, наверное, просто бракованный набор ДНК. Мутант. Генетическая ошибка природы. Или того хуже — вирус, который она мечтает уничтожить антисептиком.
— Ну что, теперь всем стало понятнее про мейоз? Или у кого-то ещё остались вопросы?
Наши глаза встретились. Внутренний голос орал благим матом: «Даже не думай, придурок! Сиди тихо!» Но когда я его вообще слушал? Любовь, чтоб её, хуже наркотика. Отключает последние мозги.