Подобный по мощности эффект я видел лишь однажды, когда на острове отшельника я создал огромные символы с его же помощью «закачал» в них много Ци.
В символе передо мной Ци было не так уж и много, однако он словно объединялся с Триграммами, которые тут же ожили и начали пульсировать и расталкивать пучки Ци вокруг себя.
Вот оно что… — понял я. — Та Просветленная была абсолютно права: Триграммы — усилители. И похоже, они усиливают любой символ.
Я выделил время на проверку этой теории.
Собственно, всё было именно так: каждый символ вырастал в мощи в десятки раз. Конечно был минус, после подобного использования триграммы-символа, уже было невозможно собрать Ци, которая расходилась вокруг меня. Символ использовал ее по своему назначению. И хоть изгонять или очищать тут было нечего, энергия всё равно уходила бесследно.
Триграммы и Символ будто дополняли друг друга и только теперь обрели цельность, законченность.
Я выделил один день и сравнил мощь и затраты на создание Символа такой же мощи, какую выделяли Триграммы вместе с Символом. И расход оказался раза в четыре меньше. Это заставляло задуматься. Символы я использовал часто и много, как в боях, так и просто в повседневной жизни.
Что теперь скажешь, учитель? — слегка язвительно спросил я Ли Бо, — Ты ошибался — триграммы уже сейчас полезны, а ты говорил, только на поздних ступенях.
«Что я скажу теперь?» — хохотнул Бессмертный, — «Что во-первых твой учитель не силен в Праведных техниках, а во-вторых что ты молодец, и всё нужно проверять самому, как и искать ответы. Ибо давать их никто тебе не будет.»
Наверное, примерно такого ответа я и ожидал.
Я вернулся к обычной Триграмме, поскольку основой была всё равно она и скорость ее создания нужно было довести до идеала.
Теперь, с уменьшенным расходом Ци, я мог тренировать еще и шаг Триграмм. Иногда голова, конечно, аж плавилась от бесконечного повторения одного и того же, но я продолжал. Вспоминались старые фильмы про шаолиньских монахов и их бесконечные тренировки. Пожалуй, я сейчас чем-то их напоминал, только что голова не была бритая.
Что лисы, что Ло-Ло, что карп почти не мешали мне. Видя столь интенсивные тренировки они в целом стали меньше говорить и больше…молчать и сидеть в задумчивости. Открывали они рты только в моменты моего отдыха между тренировками и тут давали волю своим языкам. Впрочем, в таких перерывах они еще и хвастались. И было чем.
Все это время Ло-Ло заставляла их постоянно упражняться в иллюзиях и они, что меня удивляло, слушались ее. Почти безропотно.