Лисы сидели раскрыв рты. Лянг…рыскал по дну. Вот проныра!
— А ведь я в этом не виновата, — жаба переползла поближе и меня обдало ее кислотным дыханием, — Этот глупец Цицы сделал из меня посмешище. Так нельзя, особенно с такими зверями, как я.
Судя по тому, что пошли имена-явки-пароли, мой чай сработал и как надо.
Итак, Цицы, он же Хотей, засветился и тут. Этот толстяк мне начинал нравиться всё меньше и меньше. Нет, жаба, конечно, не воплощение добродетели, но проклятие и падающее с небес птичье дерьмо я помню. Хоть и не держу зла. И всё равно это неправильно.
— А можно поподробнее про…этого…кхм…
— Цицы? — с нескрываемой злобой, горечью и, одновременно, яростью переспросила она.
Чувствовалось, что ее эмоции абсолютно искренние.
— Да. Расскажи. Наши с ним пути….можно так сказать «пересекались».
— Я сейчас большая…но я всегда была жабой.
Да уж не царевной лягушкой, — мелькнула мысль.
— Но не просто духовной. Моя кровь очень древняя…от истоков возникновения Поднебесной.
«А еще она очень скромная», — фыркнул Ли Бо. — «Сказать „от истоков возникновения Поднебесной“. Пусть еще скажет, что она „отпрыск самого Неба“».
Жаба на мгновение замолчала, а затем с ядовитой гордостью прошептала:
— Так вот…я жила в глубоком колодце…очень…который находился в глубоком провале. Это был не просто провал — хранилище богатств. Всё, что блестело, падало ко мне: монеты, кольца, даже сердца — сгнившие, но с печатью алчности. Я копила, как положено. И чем больше у меня было, тем сильнее я становилась.
Глаза ее снова наливались алчностью, а я снова начал набирать воду на чай. Теперь уже в кувшин с Бессмертным.
«Да ты охренел! Ван! Какой чай⁈»
Ладно тебе, уже не раз заваривал.
Ли Бо что-то буркнул в ответ и успокоился.
Я вымыл кувшин и поставил кипятить воду. На самом деле не для того, чтобы пить чай, а просто, чтобы жаба не ощущала напряжения, потому что звуки кипящей воды всегда настраивают на определенный лад, и не важно, человек ты или жаба.
— Значит, ты жила в каком-то разломе, куда люди бросали монеты, кольца…
— И сами бросались, — уточнила Жаба.
— И что случилось дальше?
— Я становилась слишком сильной. Когда Древнее существо набирает силу в своем Дао, оно становится…
— Божеством, — неожиданно заговорил Ли Бо.
— А это кто? — встрепенулась Жаба.
— Один Бессмертный. Он в кувшине. Он безобиден. Продолжай.
Жаба вздохнула и посмотрела на пустой котелок. Видно, чая ей было мало.
Я протянул руку и она отдала котелок. Что ж, заварю этой прожорливой жабе еще чая. Вот только теперь у него будет другое «наполнение». Снял кувшин, наполнил котелок водой, и поставил на камень, греть воду.