Я сказал ей то, что думал и чувствовал. Я понял, когда посмотрел на нее вблизи, что она может стать божеством. И, если подумать, может Цицы действительно не дал ей стать чем-то большим именно из страха, и зря я его оправдывал? Может, я неверно трактовал его действия, и тот путь, по которому шла жаба, был неверным, но он был ее путем. Хотей не мог указать ей верный. Зато мог сбить с пути. Сейчас я начинаю понимать, что Дао — очень тонкая штука, и пока ищешь его, любой, даже не то что неверный, а просто неуверенный шаг может всё испортить. Влиять на чужое Дао — неправильно. Глядя на воспоминания Святых, я подсознательно понимал эту простую истину. Чужое Дао — неприкасаемо. И всё, что я сделал — это убрал с глаз монету, которую там повесил Цицы. Полагаю, Жаба должна была сама дойти до предела жадности и что-то осознать, выйти из Инь в Ян. Осознать оба полюса. Но дошла ли она до границы жадности, за которой начинается понимание? Не знаю. Оставалось надеяться, что-то, что сделал я, ничем не хуже поступка Цицы.
И всё равно к божествам есть вопросы… Вопросы, почему существа такого уровня не пришли, и всё свалили на плечи Праведников.
Я помню, Даос говорил, что Бессмертные, духовные существа и остальные, были бы уязвимы для Пустоты, потому что в их сердцах был страх.
Но разве не в этом вся суть? Те, кто пришли отдать жизни, уже не подвержены страху, а те, кто не пришли, потому и не пришли, что боятся. Получается тогда их «божественность» — украденная возможность у других, у тех, кто был бы достоин?
Ладно, на эти вопросы без ответа еще будет время. Мне нужно больше узнать. Узнать у других. У меня есть только воспоминания и слова одной стороны.
Я оглянулся на Жабу.
Она сидела неподвижно, как статуя. Глаза ее светились.
Поступок Цицы свел нас с этой Жабой, пусть он об этом не мог знать. А это значит, что это было предопределено. Так было необходимо Небу. Я должен был найти эту Жабу и помочь ей.
Или я много на себя беру?
Но ведь Наставник Юэ говорил мне, что Небо знает и про контракт и про то, зачем я здесь — для того, чтобы сделать в Небе «прокол». И одновременно с этим я носитель печати Вечного Дозора. Дозора, которого нет. Дозора, который состоит из одного меня, слабенького Праведника в начале пути, который и от демонической жабы внутри себя не может самостоятельно избавиться.
Я должен стать сильнее. Намного сильнее. И дело не в контракте: я должен перерасти ступень Святого, чтобы защитить Небо.
Я мысленно улыбнулся. Перерасти Святого? Да я еще даже не закончил с очищением Меридиан. Однако теперь это меня не смущало.