— Нет, как отрезало, — отзывается она. — Но мне кажется, что мы идём правильно. Только я никого не слышу.
Следующий монстр, размером с небольшого барсука, застывает на границе тумана.
— И что мы с ним будем делать? — спрашивает Аглая. — Разума там почти нет.
— Зато есть вода, — сосредоточенно добавляет Олеся. — Дайте мне время. — Девушка закрывает глаза и замирает.
Пару секунд ничего не происходит. Аглая уже собирается сказать что-нибудь едкое, как из монстра вычленяется его туманная копия и растворяется в воздухе. Барсук сжимается и падает на землю. Больше он нам не угрожает. Странно, что животина мелкая, и при этом без стаи.
— Ларик, твой совет работает, — с легким удивлением говорит Олеся. — Только очень медленно.
— Это нарабатывается, потом будет получаться с каждым разом быстрее. Как и с любым другим глифом. — С интересом смотрю на сухой трупик. — Поздравляю, воды в нем явно не осталось.
— Да уж. — Довольно кивает Олеся и смотрит на свои руки. — Не думала, что это будет проще, чем любая водная атака.
— Идём дальше или продолжим смотреть на кусок меха? — спрашивает Аглая.
Вокруг остается неизменная стена плотного тумана. Стараемся держаться вместе и периодически отбиваемся от случайно вышедших монстров. Все в основном одиночки — похоже, прямую атаку на нас пока не направляют. Хорошо чувствую, что повсюду очень много активной магии. Куда не повернись: хоть справа, хоть слева. Впереди и сзади то же самое.
— Кажется, там идет битва. — Олеся прислушивается и показывает в туман.
По ту сторону границы и правда много активных шевелений, и не только там, куда указала девушка. Кажется, мы оказались в самом центре урагана. Битвы идут буквально повсюду. До нас добираются только случайные существа. Теперь понятно, почему в последнее время мы встречаемся только с одиночками.
Ждать, пока все вокруг затихнет, большого смысла нет. Нужно пользоваться тем, что происходит. Очередной шаг — и волк не может продвинуться ни на метр. Монстр безрезультатно перебирает лапами на одном месте и не совсем понимает, что не так. Животное оборачивается на Аглаю в ожидании команды. Тоже подхожу ближе и утыкаюсь в плотный вязкий кисель.
— Понятно, впереди кто-то без сознания, — сообщаю девчонкам. — Скорее всего, студент. Придется немного подождать: обходить не вариант.
— С чего ты взял? — спрашивает Аглая. Девчонка делает пару шагов и тоже попадает в кисель. — Поняла, снимаю вопрос.
— А я не поняла. — Выжидающе смотрит на меня Олеся.
— Когда студент теряет сознание на арене, к нему тяжело подойти, — объясняю. — Я бы сказал, невозможно. Мы с Аглаей пока что поняли только один алгоритм: становится тяжело подойти не только монстрам, но и людям. Возможно, есть другие ситуации и обстоятельства, в которых действуют такие же ограничения на приближение. — Вспоминаю первого парня, которого достал огненными росчерками при входе на арену. Подтвердить свои догадки пока не могу.