Три месяца спустя
Мой телефон разрывается от звонков. На экране одно и то же имя — «Редакция». Я отключаю звук и смотрю на главную новость дня в светской хронике.
Фотография четкая, безупречно резкая. Мы с ним. Ресторан «Москва». Его рука на моей талии — не дежурный жест кавалера, почти интимный жест обладания. Мое лицо повернуто к нему, на губах застыло выражение, которое нельзя назвать ни улыбкой, ни испугом. Это что-то среднее. Потрясение, граничащее с капитуляцией.
Заголовок жирным шрифтом: «Воронов и его новая пассия: личный ассистент или личный интерес? Миллиардер нарушает собственные правила» .
Подзаголовок еще ядовитее: «Екатерина Смирнова: девушка, покорившая самого закрытого холостяка страны?»
Я чувствую, как подкашиваются ноги. Это не просто утечка. Это взрыв. Именно того, чего он так боялся. Именно того, от чего нас должен был защитить тот самый контракт.
Дверь его кабинета, в котором я сейчас нахожусь, распахивается. Он входит. Не идет, а врывается, как гроза. На лице нет ни ярости, ни паники. Только абсолютная пустота. Это в тысячу раз страшнее.
Он бросает на мой стол планшет с тем же снимком.
— Объясни.
Одно слово. Оно режет, как осколок стекла.
— Я не знаю, кто это сделал, — голос мой звучит чужим, сдавленным. — Мы были осторожны.
— «Осторожны»? — Он произносит слово с таким презрением, что мне хочется исчезнуть. — Нас сфотографировали в пяти метрах от входа, Катя. Ты шла, уткнувшись в телефон. Ты даже не заметила папарацци.
— А ты заметил? — вырывается у меня, отчаяние рождает дерзость. — Ты же все всегда контролируешь! Почему ты не предотвратил это?
Он делает шаг вперед. Теперь между нами сантиметры. Я чувствую жар, исходящий от его тела, и холод взгляда. Парадокс, который свел меня с ума за эти месяцы.
— Потому что я был занят тобой, — говорит он тихо, и в этой тишине — смертельная опасность. — Потому что ты заставила меня забыть о правилах. В том числе о своих же.
В груди что-то обрывается. Я понимаю, к чему он клонит. К разрыву. К концу.
— Значит, это моя вина? — шепчу я.
— В бизнесе не ищут виноватых. Ищут ответственных. За этот скандал отвечаю я. А устранять последствия буду так, как считаю нужным.
— Как? — спрашиваю я, уже зная ответ. Зная и не веря.
Он отводит взгляд к окну, к своему городу, который сейчас, наверное, пережевывает эту историю.
— С понедельника ты больше не работаешь в компании. Контракт расторгнут. По статье о нарушении конфиденциальности и этики.