– У вас, кстати, одна на двоих с ним беда. Ты в курсе? Его гражданская жена, спала с подружкой. Только он с ней почти три года прожил, не зная. Расскажи ему свою историю. Посмеетесь вместе.
– Ты в каком платье будешь? – дочь оживилась и, кажется, уже меня не слушала.
– В длинном, темно-синем.
– А можно, я твое черное одену? Я его постирала..
– Да ради Бога.
У нас был один размер с Мариной, и она довольно часто брала мои вещи.
– Спасибо!
Дочка радостно упорхнула было, но я удержала.
– Мариинн.
– Что?
– У тебя презервативы-то, есть?
– Маам! – дочь вспыхнула как факел.
– Я обязана спросить, в данной ситуации. А то, щас выпьешь с горя, а тут первая любовь под боком.
– Да нужна я ему сто лет! – щеки дочери отчаянно запылали.
– Ну, раньше может и не нужна была. Теперь-то, вон как расцвела.
Я с любовью погладила пышные, рыжие волосы дочери, чистая, ровная кожа, пухлые, алые губки, большие, зеленые глаза, в обрамление пушистых, черных ресниц. Принцесса просто!
– Расцвела, да вряд ли для него.
В голосе дочери, была явная грусть. Всколыхнулось девичье сердечко-то. Не остыли чувства. С детства его любила девчонка, да только он на восемь лет ее старше, и она для него, не более чем малая, всегда была. Теперь уж точно этим словом подавится.
Я одела длинное, теплое, бархатное, темно-синие платье, с рукавами, небольшим декольте и разрезом спереди, обнажающим ноги при каждом шаге. На ноги надела чулки и ботильоны на шпильках. Чуть подзавила волосы, повторила вчерашний макияж и вышла к гостям вместе со ждавшей меня у дверей Мариной.
По иронии судьбы, у крыльца, оказались оба Комаровых и у обоих, при нашем появление отвисли челюсти. Челюсть Игоря, конечно, была не на моем счету.
– Мое почтение, теть Вер. Вы просто прекрасны, – учтиво поздоровался он, подавая мне руку.
– Здравствуй, Игорь. Очень рада тебя видеть.
За те пять лет, что парень жил в Канаде, он возмужал, стал просто молодой копией своего отца. Выправка, стать, брутальная бородка. Ясные, серые глаза. Пропала моя доча! Ох, пропала.
– Малая Ты ли? – воскликнул парень, помогая и ей сойти с крыльца.
– Здорова, шпала!
Дочь не осталась в долгу и тоже припомнила прозвище парня. Оба весело засмеялись, и сразу стало ясно – поладят.
– Какова, а? Расцвела розочка! Вся в маму! – Комаров умудрился отвесить комплемент, сразу обоим.
– Как ты? – спросил, отведя меня в сторону, и привлекая к себе слишком близко. О как же горели его глаза.
– Все хорошо, – я слегка отстранилась.
– Ты потрясающе выглядишь! – мужчина поцеловал мне руки и шепотом добавил. – Ты мне всю ночь снилась, Верочка.