Старик кивнул, снял с пояса флягу и передал ее мне.
Вода во фляге наверняка будет горячая. На такой жаре под солнцем, в ней, наверное, можно яйцо сварить. Но я очень ошибался, она оказалась холодная и свежая. Самая вкусная чистая и освежающая вода, что я пил.
Сильвио заметил мое удивление по выражению глаз.
— Хе-хе… Удивлен? Ты не забывай, мальчик, я все-таки торгую магическими вещами, да и сам парочку фокусов знаю — дед пригладил бороду и дождался пока я напьюсь.
— Спасибо… — сказал я и вернул флягу.
Старик прошел к столу, взял шляпу Гэндальфа, и положил ее сверху на другие предметы, освободив немного места на столешнице. Затем он снял наплечную простую сумку и достал стопку чистой одежды.
— Эти вещи я принес тебе. Там за домом, у стены, где ты открыл окно, стоит бочка с водой. Иди обмойся и одевайся. Наручи даже не пытайся снять.
— Но ведь вы говорили нельзя покидать дом…
— Территорию дома. До купальни ты можешь дойти. Я тебя подожду здесь — старик достал из почерневшего камина небольшой табурет, который я и не заметил.
Он сел на него и начал доставать из сумки что-то еще. Я же поспешил на выход.
Конечно, это не горячая ванна с маслами, кружечкой пенного и шикарной девушкой, но я был безумно рад. Рад бочке, полной теплой воды, небольшой ванне и ковшику. И все это находилось под навесом из досок, что-то вроде закрытой веранды три на три метра.
Я быстро искупался, промыл раны от кандалов на ногах и шее. На руках были наручи, которые я даже не ощущал. После мыльных процедур я и вовсе стал чувствовать себя шикарно. Переоделся в чистую одежду. Только теперь я понял насколько сильно от меня воняло. Хуже, чем от неубранной конюшни. Теперь — другое дело. Из обновок у меня появились портянки и сапоги, широкие штаны и рубаха. Даже небольшой поясок был.
Я вернулся к Сильвио другим человеком. Тот отложил свою сумку и взглянул на меня.
— Ну вот. И не скажешь, что ты раб — улыбнулся он.
А я мысленно добавил «А я и не раб, просто пока что мне удобно быть твоим наемным работником, но скоро это изменится». С другой стороны я был искренне благодарен старику, ведь я понимаю, что он мог бы обращаться со мной совсем по-другому. Я проникся огромным уважением к нему., как к человеку.
— А теперь идем. Покажу тебе местную таверну, будешь там обедать, когда найдется свободное время. Познакомишься со всеми, пусть тебя в лицо знают — говорил старик на ходу — Откуда тебя привели-то?
Из кусочков памяти моего нового тела, я знал, что меня тащили из маленькой деревни, но я не помнил откуда именно. Вдруг я осознал, что почти не помню ничего из этой жизни.