Москва-1980 — Михаил Востриков

На полу, рядом с лежанкой валялись…

1. Портал — завернутая в чистую белую тряпочку медная скоба, бывшая когда-то неснимаемым браслетом с буквой М посередине — маг, и одноразовая зажигалка Lotus для точечного нагрева буквы М. Всё сунул в карман грязноватых штанов, может быть потом испытаю портал в здешней реальности.

2. Мой скорострельный пистолет Glok в оперативной подмышечной кобуре и две полные обоймы к нему, в запас. Надел кобуру на себя, не в руках же её таскать.

3. Две довольно тяжёлые золотые монеты старинной русской чеканки. Неплохой подарочек… Тоже сунул их в карман.

Всё было ясно! Мой магический пространственный карман прекратил своё существование и всё его содержимое, попросту, вывалилось, куда пришлось. Портал и пистолет, да, я помнил, в нём и хранились. А вот золотые монеты… Видимо, они случайно вылетели из банки с золотом, когда я перегружал их на длительное хранение в кладовочку к своему другу великому демону Адольфу Систелю. Другого объяснения их происхождения здесь у меня не было.

Я подошёл к окну и прислушался к ругани. Утро солнечное, яркое! Орущий на простолюдина благородный панэ так и орал внизу. И он, на минуточку, был с двумя двуручными мечами на богатой перевязи. Ох-х, не зарубил бы он мужика этими мечами. Вокруг них уже собралась небольшая толпа охочих до бесплатных развлечений. Убогие дома-фахверки. Визжали и свистели мальчишки, кидаясь грязью.

Посредине улицы была неглубокая сточная канава. По ней плыли фекальные стоки. Хоть какое-то подобие канализации. На других улицах и такого не было, жители в прямом смысле «ходили под себя». Кучи мусора. Крысы. Мухи. Вонь и миазмы. Но на это никто не обращал внимания. По булыжникам мостовой стучал огромными колёсами воз с глиняными горшками, впряжённый в двойку лошадей. А за ним, на улицу медленно входили…

— О, Боже, кто это⁈

… люди в масках с птичьими клювами, в чёрных плащах, в шляпах с широкими полями, под которыми у них капюшоны с пелеринами — от блох. В кожаных штанах, перчатках и с тростями. Это три «Чумных доктора». За ними на своих огромных телегах двигались «мортусы». У докторов на телегах стояли жаровни, а в руках — раскаленные докрасна кочерёги для «лечения» — прижигания чумных бубонов. Естественно, без анастезии. Смертность от такого лечения — 100%. Я читал об этом.

Миг и улочка была пуста и тиха. Ни мальчишек, ни взрослых, никого. «Чумные доктора» начали прочёсывать дома. Им для этого не нужны были разрешения. Чума в Праге!

* * *

Я присел на колченогий табурет ( к лежанке даже не подходил! ) и задумался.