Кузнецов хмуро взглянул на него, но Лёха уже заговорил серьёзнее:
— На самом деле, думаю, нужно запустить побольше разных слухов. Чем больше путаницы, тем лучше — пусть противник теряется в догадках, когда и какие корабли на самом деле прибудут, — предложил Лёха и перешёл к более конкретным мыслям.
— Я лично думаю, надо усиливать зенитную артиллерию на базе, насколько это возможно.
Он вошёл в раж, слегка прищурился, явно воодушевившись своими размышлениями.
— Вообще, по-хорошему, взять в Севастополе пару старых барж и натыкать на них зениток! Поставить пару дальнобойных. Семидесяти шести миллиметровые пушки Лендера времен революции вроде собирались менять на что то современное, вот сюда толпой их и отправить. И может испанцы купят также средних, типа шведского «Бофорса» 40 мм, хотя кто им продаст. У нас таких, к сожалению, вроде бы пока нет. Натыкать на баржу сколько влезет и пригнать сюда в порт пару готовых станций ПВО, а ещё лучше и расчёты сформировать из краснофлотцев.
Лёха совсем размечтался, представляя, как усиленная оборона могла бы серьёзно осложнить жизнь вражеским бомбардировщикам.
— А истребителей у нас, считайте, и нет, — продолжал Лёха, и видно было, что его уже «понесло». — Если прикажете, давайте я хоть на «Фармане» взлечу. Разгонюсь посильнее, километров до ста пятидесяти, и влеплю «Юнкерсу» в лоб, потому что догнать бомбардировщик на этом раритете, который здесь называют истребителем, всё равно не смогу. Вот и станет у немцев на один «Юнкерс» меньше! — он усмехнулся. — Можно ещё Павлу Рычагову предложить. Он тоже обычно за любой кипеш, кроме голодовки.
Лёха уже не сдерживался:
— Ситуация, когда у нас вообще нечем сбивать не самые быстрые бомбардировщики, мне просто непонятна. Мы же в глубоком тылу, и сюда истребители мятежников не долетают. Летают только трёхмоторные немецкие «Юнкерсы-52» и эти итальянские «Пипистроне». У обоих скорость около трёхсот километров в час, а с бомбами и вообще меньше двухсот пятидесяти.
Он развёл руками, словно не понимая, почему нельзя найти способ сбивать такие небыстрые цели, когда угроза была вполне реальной.
— Ладно, Алексей, не кипишись. Сам всё понимаю, — ответил Кузнецов, успокаивая Лёху. — Первыми приходят бомбардировщики СБ. Ты такие видел? Мне для флотских задач удалось выцарапать одну машину с нашим экипажем!
— Николай Герасимович! Я же истребитель! — с отчаянием почти выкрикнул Лёха, будто его предали.
— Истребители будут через месяц в лучшем случае. Ты отлично слетал на Пальму на «Протезе», обещаю вернуть тебя к истребителям, как только будет возможность, — жёстко ответил Кузнецов. — Пока нужно послужить Родине на бомбардировщике.